Полная версия сайта

Последний приют императора

Он сам заложил в его фундамент первый камень — кусок итальянского мрамора с надписью: «В лето 1797-е месяца февраля в 26 день положено основание сему зданию Михайловского замка».

Фото репродукции картины О.Г. Шварца «Семья Павла I на разводе караула в аванзале Гатчинского дворца». 1845 г. Государственный музей-заповедник «Гатчина»

Расстроилась и императрица, опасаясь, что вспыльчивый нрав супруга множит число недовольных и легко может превратить их в заговорщиков. «А ведь если есть заговор, то здесь должно быть немало его участников», — со страхом подумала она и обвела взглядом офицеров и царедворцев, стоящих рядом: Бенигсена, Талызина, братьев Зубовых, Кутайсова, Голенищева-Кутузова...

Но того, что заговор плел вездесущий граф Петр Пален, военный губернатор Петербурга, Мария Федоровна не могла представить себе даже в страшном сне. Он был одним из тех немногих, кому Павел доверял. И уж совсем невероятным показался бы ей тот факт, что заговорщики сумели привлечь на свою сторону ее старшего сына Александра. А между тем опытный царедворец и тонкий интриган Пален счел необходимым осторожно открыть наследнику планы свержения Павла. Он прекрасно понимал, что в противном случае заговорщики будут приговорены новым императором к смерти. 

Поначалу потрясенный и возмущенный крамольным замыслом наследник не давал своего согласия, но Пален настаивал, утверждая, что положение с каждым днем ухудшается: «Ваше Высочество, Россия катится в пропасть — император является предметом страха и всеобщей ненависти, гвардия ропщет, люди доведены до отчаяния. Дошло до того, что вспоминают ужасный пример Франции и несчастного Людовика XVI. Дав согласие, вы спасете не только государство, но и своего батюшку. Клянусь, он не пострадает. После отречения его ждет спокойная жизнь в одном из загородных дворцов».

Однако наследник колебался. И тогда Пален разложил сложный пасьянс из интриг, сплетен и слухов, которые сам же и распространял. В столице вдруг стали поговаривать, что государь готовит указ заточить императрицу в монастырь, а двух старших сыновей — в крепость и тем самым избавиться от всех тех, кто казались ему подозрительными. «Я, — хвастливо рассказывал Пален заговорщикам, — старался разбудить самолюбие Александра и запугать альтернативой — возможностью получения трона, с одной стороны, и грозящей тюрьмой или даже смертью, с другой. Таким образом мне удалось подорвать у сына благочестивое чувство к отцу и пошатнуть его сыновнюю привязанность».

Утром девятого марта Пален, как обычно, явился в кабинет Павла с рапортом о положении дел в столице. Император слушал доклад рассеянно.

— Знаете ли вы, что против меня замышлен заговор? — вдруг резко спросил он, пристально глядя на Палена.

Взгляд государя был таким пронизывающим, что тот похолодел. Чувствуя, что во рту пересохло и он не в состоянии вымолвить ни слова, Пален не нашел ничего лучшего, как на несколько мгновений склониться в поклоне, лихорадочно пытаясь собраться с мыслями и скрыть растерянность. И только после того как удалось вернуть своему лицу обычное приветливое выражение, он выпрямился.

Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или