Полная версия сайта

Андрей Соколов: «Я думал, в моей жизни уже все случилось»

Порой я впадал в байронизм, в печоринство, в состояние отрешенности от мира, переживая эти...

Андрей Соколов

— У вас бывали трудности в театре или кино? Когда роль не получалась?

— Отвечу словами Ставской, которая порой говорила удивительные, но, как потом оказывалось, правильные вещи: «Настоящим актером становишься тогда, когда, стоя у смертного одра близкого человека, пытаешься запомнить, что с тобой происходит; когда у тебя, лежащего рядом с любимой женщиной, голова забита ролью; когда ночами снится, что выходишь на сцену». Все так, есть некое таинство актерской профессии, большее, чем ты можешь осознать.

Я старался не браться за те роли, которые чужды моей человеческой природе. Любого из своих героев актер обязан понять и оправдать. Но возможно, многих персонажей сегодня я сыграл бы по-другому. В «Маленькой Вере» тоже кое-что переделал бы. Например, Вася просил быть более циничным в сцене танца или после драки, когда мой Сергей зовет Веру в общежитие, а я всегда с уважением относился к женщинам: было трудно стать настолько развязным, грубоватым. Хотя если сыграл бы по-иному, и герой получился бы другим.

Одной из самых непростых работ на театре стал для меня спектакль «За закрытой дверью» по Сартру. Очень долго и непросто я пытался понять своего героя Жозефа Гарсена. Году на десятом произошла метаморфоза и наконец-то все встало на свои места. Решение таилось в жанре пьесы: мы играли драму, а история оказалась притчей.

— С годами у человека меняется ощущение времени. Вы как-то научились его замедлять?

— Когда-то дочка сказала: «Как мне непросто жить! Утром проснулась, поела — спать; поспала — опять есть...» Это время ребенка. В восемнадцать лет оно другое. Раньше боялся чего-то не успеть, а сейчас понимаю: суетиться не стоит. Все, что надо, исполнится. Жизнь — лучший учитель и в итоге все расставит по своим местам.

Время величина относительная. Замедляется оно на отдыхе, когда все свои наработанные актерской профессией рефлексы стараешься отбросить в сторону и поменять ритм бытия. Могу, если рядом с морем, поваляться под солнцем, но это два-три дня. А потом наступает активная стадия «марлезонского балета». Не могу бездействовать.

Если времени не так много, то прекрасное лекарство для релакса — природа. Кто-то заметил: «Время, проведенное на рыбалке, в счет жизни не идет». То же я сказал бы и об охоте. Это целая философия, отдельный образ жизни, а не поход за мясом. На охоте — как в бане: ни чинов, ни званий. И минуты действительно текут по-другому. Меняется восприятие окружающего мира: ты по-другому видишь, по-другому слышишь шорохи в лесу. А какая тишина звенящая после выстрела...

— Не жалко стрелять в живое существо?

— Охота была, есть и будет. И животных убивают не только в дикой природе: вполне мирные люди едят говядину или курицу и не переживают. Но повторяю, в охоте главное — не добыча мяса, а атмосфера. То, что ей сопутствует.

— Вам не приходилось теряться в лесу?

— В первый раз это случилось во время моей поездки на БАМ. Мы вдвоем с егерем пошли новыми тропами и сбились с пути. С собой кроме ружей только спички, соль и лук. Хорошо, что набрели на зимовье, где нашли сухари и крупы. Так что всего лишь оказалось уязвлено самолюбие моего многоопытного проводника, а на здоровье наше блуждание никак не повлияло. Я больше воспринимал это как приключение, егерь отнесся к событию куда серьезнее, поскольку понимал, что такое заблудиться в тайге. Мобильных тогда не существовало, рация была проблемой, а глухомань кругом — нереальная. Но мы вышли на геологов, которые нас спасли. Да и погода стояла теплая — август.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или