Полная версия сайта

Татьяна Еремеева. Простая история

Когда мой сын решил открыть правду о своем отце — Спартаке Мишулине, ни я, ни Тимур и подумать не могли, что наша личная история вызовет такую бурную реакцию дочери актера.

Спартак Мишулин

— Можно Спартака Васильевича?

В ответ знакомый голос самого Мишулина:

— А он вам очень нужен?

В другой раз из трубки звучало: «Академический ордена Трудового Красного Знамени Театр сатиры слушает!» Это Мишулин шутил. Или скажет: «Приемная ЦК слушает. Что, испугалась — не туда попала?» И смеялся.

Когда приходила в театр, на вахте меня узнавали, звонили снизу Мишулину:

— Спартак Васильевич, тут ваша муза пришла.

Он в ответ:

— Пусть поднимается ко мне.

С актрисами в театре мало общалась, старалась не высовываться — неловко. Спартак меня, бывало, в буфет тянет:

— Пойдем пообедаем!

— Я сыта!

— Пойдем, говорю, — чего бояться?!

Шла как на прием к зубному: все поджилки трясутся, до того страшно — как бы неприятностей не вышло. Но и отказаться от этих встреч не могла — любила. И чем дальше, тем сильнее.

— В ваших беседах тема семьи Спартака Васильевича как-то возникала?

— Я старалась не задавать неуместных вопросов, в чужую семью не лезла и ничего не требовала. Мне кажется, настоящая любовь — тихая, не напоказ и уж точно без претензий. А вот про дочь Спартак говорил часто.

Вспомнилось — едем на машине, Мишулин говорит: «Сейчас заскочим к Славе Тихонову, надо взять лекарство для Карины». У девочки болело горло. А Тихонов давал концерт где-то на флоте, и ему подарили баночку то ли рыбьего, то ли акульего жира, который, как уверяли, помогает от простуды. Спартак поднялся в квартиру к Тихонову, я осталась ждать в машине.

Вернулся с книжкой — название, к сожалению, не помню — с примерно такой дарственной надписью: «Кариночке от Ани Тихоновой — книжка, которую я любила в детстве». Эта книжка должна храниться дома у Карины. Дочь Спартак обожал. Буквально заваливал ее вещами, игрушками, девочка ни в чем не знала отказа.

Она на четыре года старше Тимура, родилась в 1979-м. С раннего возраста отец брал ее с собой в театр. Впервые я увидела Карину, когда она шла в дубленочке — махонькой, симпатичной, кажется, Спартак привез ее из Германии. Удивлялся: «Представляешь, детские вещи там дороже, чем для взрослых». Помню юбочку из красной шотландки: низ был не подшит, висел бахромой.

Порой когда я приходила на репетиции, Спартак просил присмотреть за дочкой, она сидела у меня на коленях. Хотя сегодня вряд ли об этом помнит — за кулисами растут все дети из семей артистов. Однажды Мишулин обратился с просьбой купить в «Детском мире» часики для Карины, у самого не получалось вырваться в магазин.

— Как Спартак Васильевич отреагировал, узнав, что вы ждете ребенка?

— Почему-то первым делом спросил, какой у меня резус-фактор. Ответила, что положительный.

В роддоме не навещал. Да я бы и не позволила! Чтобы наутро вся больница только об этом и говорила? Мне этого не нужно. Была уже взрослой женщиной, тридцать исполнилось, врачи называли «старородящей». Акушерки ворчали: «Чего так долго тянула?» Моя мама, увидев живот, всплеснула руками: «Наконец-то!» Ее не волновало, что дочь не замужем, даже не спросила, кто отец будущего ребенка. Внука она обожает, для нее Тимур самый лучший.

Сразу после родов уехала в Вологду, Спартаку в театр позвонила уже оттуда. Делюсь радостью:

— Я уже! Родила!

На другом конце трубки тишина. Потом нетерпеливое:

— Ну? Я жду! Кто?

— Мальчик. Вес три семьсот пятьдесят, рост пятьдесят шесть сантиметров.

— У, богатырь!

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или