Полная версия сайта

Тамара Вавилова. Безымянная звезда

Дочь композитора Владимира Вавилова рассказывает о своем отце, о том, что именно он был настоящим автором знаменитой версии Аve Maria, а также музыки к песне «Город золотой», которую исполняет Борис Гребенщиков.

Владимир Вавилов (с гитарой)

Никогда в жизни не ревела так долго и так отчаянно. Даже сейчас только заслышу его мелодию, не могу сдержаться: гуляю ли в Павловске, где на парковых аллеях студенты играют Аve Маria, звучит ли папина мелодия с той знаменитой пластинки фоном в фильмах о городах, средневековых живописных полотнах, — всякий раз рыдаю. Папу хоронило много народу. Пришел его партнер дядя Лева, на поминках вдруг взял папину гитару и заиграл. По щекам катились слезы. Похоронен отец рядом со своими родителями — на городском кладбище в Павловске. Мы поставили ему строгий памятник из черного мрамора. На плите рядом с нотами выбита фраза из песни: «Я назову тебя Зоренькой». Папу я обычно навещаю два раза в год — на его и свой день рождения.

Если бы не болезнь, отец мог бы еще работать и работать, сделать много концертных программ. Благодаря ему средневековую музыку узнала широкая публика, а дожил бы до перестройки, возможно, получил бы и мировое признание. Ведь лютня — до сих пор раритетный, тонкий, волнующий инструмент. И играть на ней можно до глубокой старости.

Наверное, я не очень «правильная» дочь, не увековечила память Владимира Вавилова. Но даже если бы и предложили создать экспозицию в честь отца, мне нечем было бы ее заполнять. После смерти папы его дама сердца Валентина Федоровна пожелала забрать все инструменты, хоть я планировала подарить их музею музыки на Исаакиевской площади. У меня не осталось ни одной отцовской гитары, нет и его четырех лютен, из квартиры не вывезли только мое любимое пианино.

С тех пор прошло много лет, но я так и не знаю, в чьи руки попали папины инструменты. Говорят, вскоре они были проданы. Валентина Федоровна давно умерла, да и после папиной кончины мы с ней больше не общались. Ноты отца я тоже почти все раздала. Приходили его коллеги, ученики, просили ненадолго и не возвращали...

Хотя нет, кое-какое папино наследие я все же сберегла — у меня хранятся пластинки, а еще фотографии, на которых он, молодой и задорный, играет перед рукоплещущим залом. Когда меня не станет, пластинки так же трепетно будут беречь дочь и внук, который с малолетства любит музыку прадеда. «Ой, дедушка играет», — радуется он, услышав лютню. Больше, наверное, ничего не могу сделать. Я непробивная, не умею организовывать вечера памяти и фонды. Да разве в этом главное?

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или