Полная версия сайта

Сын Зинаиды Шарко: «Мама в отличие от Фрейндлих не хочет об отце вспоминать»

Иван Шарко поведал о своей знаменитой семье.

Варвара Владимирова с дочерью Анной, Алиса Фрейндлих и Иван Шарко с женой Марией

Когда я вернулся из армии, мы с мамой разъехались. О том, чтобы снова жить вместе, не могло быть и речи. Зина переехала в крошечную квартирку (где живет и сейчас), а я — на Васильевский остров, в коммуналку без ванной. Когда нас перевозили, исполкомовский товарищ удивленно спросил маму: «А что же вы не попросили квартиру побольше?» «Мне ничего не надо!» — отрезала она, как всегда. Ну раз человек не просит, значит, у него все хорошо.

Как только мы разъехались, отношения наладились. Размен квартиры был первым нашим здравым поступком. У Зины отныне была своя судьба, у меня — своя...

После армии я пошел по проторенной родителями дорожке — устроился в БДТ. Занимался реквизитом, потом работал монтировщиком, начальником цеха. Специального образования у меня ведь не было.

А мама продолжала верно служить БДТ, настоящую славу ей принес именно этот театр, в кино она сыграла немного, причем в основном ее запомнили по небольшой роли в «Собаке на сене».

Обычного, тихого семейного счастья Зина в жизни так и не нашла. «Все, чего была лишена в жизни, я проживала на сцене!» — говорила мать. Когда ее спрашивали, что такое счастье, отвечала: «Счастье — это 33 года работы с Товстоноговым». «То, что я принадлежу театру, а не мужьям, — замечательно!»

Когда-то Татьяна Доронина при очередной конфликтной ситуации с Товстоноговым обмолвилась: «Я могу работать только с режиссером, который в меня влюблен». А мама, будучи антиподом Татьяны Васильевны, говорила: «Предпочитаю работать с режиссером, в которого влюблена я!» Великий Гога отвечал Зине взаимностью.

Смерть Товстоногова стала для мамы огромной трагедией. Но на похороны она не пошла, хотя Георгий Александрович был для нее богом! Не пошла Зина на кладбище и к Игорю Петровичу, хотя мой отец был главной любовью ее жизни. Так она устроена — не хотела запоминать своих любимых мужчин в гробу.

Кончина отца не стала для нас неожиданностью — он долго болел. В самом конце, уже в больнице, папа плохо понимал, что происходит, и с трудом узнавал людей.

С Алисой Фрейндлих они к тому времени разошлись, у отца была новая жена. И у Алисы новый муж, актер и художник Юрий Соловей. Отец пытался повторить театральный успех «Ленсовета» с другой актрисой — Еленой Соловей, но не получилось. Папа шутил: «У каждого должен быть свой Соловей!»

После развода с Фрейндлих отец какое-то время жил в гостинице, потом ему дали квартиру, совсем крохотную: просто дом кума Тыквы. В туалете можно было сидеть только при открытой двери. Позже у него наконец появилась квартира у Таврического сада.

Помню, как Игорь Петрович неожиданно пришел на мою первую свадьбу. Узнал, что женюсь, и решил поздравить. Мы пошли после загса к отцу, замечательно втроем посидели, отметили событие и... снова разбежались.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или