Полная версия сайта

Галина Лиштванова: «К дочери Щербаков не приезжал. Наверное, боялся привязаться...»

Галина Лиштванова рассказывает о своем романе с актером Петром Щербаковым, запомнившимся российским зрителям по роли Бубликова в картине «Служебный роман».

Мы гуляли, ездили на пароходе по Москве-реке, отвозили Андрюшу к бабушке на дачу. Полгода наши отношения были чисто дружеские, я бы даже сказала, возвышенные. Щербаков очень любил Василия Шукшина, и когда мы оставались вдвоем, читал мне свои любимые рассказы. А я с замиранием сердца их слушала в его прекрасном исполнении.

Он сам даже не ожидал, что, оказывается, между мужчиной и женщиной могут быть такие чистые, нежные отношения. Хотя когда у нас в итоге вспыхнул роман, это случилось все-таки по его инициативе.

Я даже не могу сказать, почему так сложилось, наверное, потому что мы с ним были очень похожи. Мне уже исполнилось 29. Петр был единственным мужчиной в моей жизни. Ни на кого я и смотреть больше не могла.

И не хотела! Но это не значит, что у меня до него не было поклонников. За мной ухаживали многие мужчины, среди них были дипломаты и ученые. Но я всем отказывала — будто ждала, что в моей жизни появится Петр Иванович. Кстати, первое время я его так и называла — «Петр Иванович» и обращалась исключительно на «вы». Это потом он стал для меня Петей...

Нина умерла в октябре, а в мае Петр Иванович сделал мне предложение.

Помню, как мы в театре отмечали 30-летие Победы. По этому случаю у нас в фойе состоялся торжественный банкет. Петр Иванович в этот день пришел необыкновенно нарядный — в черном костюме и белой рубашке. Потом мы с ним отправились гулять по ночной Москве. Наверное, именно тогда вдруг поняли, что пришла любовь...

Щербаков был парторгом театра и очень многое сделал для «Современника». (Петр Иванович с Мариной Нееловой и Игорем Квашой)

А наутро Петр Иванович уехал с театром на небольшие гастроли в Ленинград. Вернулся 17 мая и сделал мне предложение.

— Все, Галя! Мама и Андрюшка просят, чтобы ты переехала ко мне жить!

И я, ни секунды не колеблясь, переехала. У меня уже не было сомнений, что он — мой человек, тот самый, которого я столько лет ждала.

А потом он захотел познакомиться с моими родителями. И мы втроем — я, Петр Иванович и Андрюша — поехали к ним в гости. Конечно, мама с отцом постарались. Накрыли шикарный стол, все как полагается. Андрюша читал стихи, он очень понравился моим родителям. Да он и не мог не понравиться — был такой хорошенький! И потом, когда ребенок теряет маму, ему всегда уделяешь больше внимания.

Словом, мы хорошо посидели и договорились, что распишемся с Петей после годовщины смерти Нины. Решили, что соблюсти траур будет правильно, по-христиански. Эти посиделки и стали нашей помолвкой...

Мы никому ничего не рассказывали, но весть по театру распространилась мгновенно. Все были рады за Петра Ивановича, так как очень сочувствовали его горю. А он с гордостью представлял меня как жену. Помню, пошли мы на премьеру какой-то картины в Дом кино. Режиссер фильма не смог сдержать восхищения при виде меня: «О! Так вот кого ты, Петр Иванович, от нас прятал!»

Жили мы втроем в новой квартире Пети у метро «Аэропорт». Она была очень просторная, двухкомнатная, кухня 15 метров. Эту квартиру Щербакову как парторгу выделил райком, когда у них с Ниной родился сын.

Конечно, Петр Иванович очень переживал за Андрюшу, что он растет без матери. И мне было жалко мальчика! Я очень трепетно к нему относилась, старалась отдать ему всю свою любовь и внимание. Баловала ребенка, как могла, покупала игрушки, рубашечки в Детском мире. В нашей театральной костюмерной заказала ему брючки, мы с ним ездили на примерку. Если у меня не было дежурства в театре, забирала Андрюшу из садика. Он так радовался! Часто ходили в «Современник», особенно на любимый Петин спектакль «Провинциальные анекдоты», где он играл с Анастасией Вертинской, Мариной Нееловой и Володей Земляникиным. Детей тогда в театр не пропускали, но для 6-летнего сына Щербакова, естественно, делали исключение. Нас тихонько провожали в зал и сажали в последний ряд на приставной стульчик.

Мы с Андрюшей быстро поладили и нашли общий язык. И он как-то незаметно стал называть меня мамой, хотя и свою родную маму не забывал. Тем более что на всех стенах квартиры висели фотографии Нины.

Помню, однажды прихожу с работы. Хочу в прихожей надеть домашние тапочки, и вдруг Андрюша как закричит: «Мама, не надевай! Это тапочки моей мамы!» У меня даже сердце защемило от жалости.

Все родственники Щербакова были рады, что мое появление в их семье избавило Петю и Андрюшу от одиночества. Вскоре к нам переехала жить Петина мама — Агафья. Нужно было помогать с Андрюшей — мы же работали день и ночь. Петя то на съемках, то на репетициях, я целыми днями в театре... У нас с Петей были разные графики работы: я там с утра, он же приезжал только к вечеру.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или