Полная версия сайта

Ерофеев-младший: «Та электричка мчалась ко мне»

«По кой хрен я вообще родился, для нас обоих была загадка сфинкса. Они хотели не меня, понимаете?»

Соседи наводили локаторы: из окна нашей избы звучала классическая музыка (у Ерофеева была целая фонотека). Болтали чудные гости обо всем и все высмеивали. «Поговорим о несуществующем: о деньгах Тихонова…» — любил подтрунивать Венедикт Василич над другом. Потом Вадя вставал на четвереньки и рычал, на него верхом взбирался Веничка и картавил: «Геволюция, товагищи, всегда шла бок о бок с половой гаспущенностью!» — вместе они представляли Ленина на броневичке. Я покатывался на печке, наблюдая эти спектакли. Если утром они выбирали, кому бежать за догонкой — а идти до ближайшего магазина в соседнюю деревню, — устраивали соревнование. Кто первый споткнется, декламируя стихотворение, тот и гонец.

И в этом я вижу глубокое философское значение отцовского пьянства: сколько бы ни выпил, Веничка не терпел заплетающихся языков и сам ни разу не проиграл в этом споре.

А если кто-то начинал нести ахинею, скучнел на глазах: «Мне с тобой не о чем пить». Ерофеев мерил стаканами и литературные достоинства современников: «Кому-то не налил бы ни граммули, кому-то — и то погодя — грамм сто. Василю Быкову — полный стакан, даже с мениском. Алесю Адамовичу — сверх мениска бы налил». А с писателем-однофамильцем Виктором они на дух друг друга не переносили. Чтобы читатели их не путали, когда оба стали известны, в Москве провели вечер двух Ерофеевых. Веничку публика встретила бурными овациями, к его сопернику отнеслась с прохладцей. После выступления отец отказался фотографироваться рядом с Виктором и свысока ему заметил: «Смени фамилию, не позорься!» Кстати, одно голландское издательство все равно тиснуло на книге фотку не того Ерофеева.

У Венедикта Василича был к выпиванию не меньший дар, чем к литературе: он не хмелел в самом дурном смысле, только с утра, бывало маялся. Веничка (в центре) с женой Галиной Носовой (слева) в гостях в Абрамцеве, 1986 г.

И потом в книжном магазине несмышленый читатель подсунул Виктору «Москву—Петушки» с целью получить автограф Венички. Жаль, отец не увидел его лица!

Только после смерти Венедикта Василича я прочитал и трогательные записи в его дневнике: «Мой малыш, с букетом полевых цветов, верхом на козе. Возраст 153 дня». Наверное, были в моем детстве моменты, когда я осознавал, что какой-никакой, хоть плохонький отец, да у меня есть. Однажды даже повоспитывал — повысил на меня голос. Соседский пацан залепил в глаз снежком, вбегаю в избу, реву. Бабушка: «Кто это тебя?» Я назвал имя, а Веничка весь аж затрясся: «Не смей стучать!» На всю жизнь запомнил, даже своим детям завет деда передал.

Брал он меня и в походы по грибы. И заставлял вести им строгий учет: «Вчера был на дальней поляне. Принес: 77 подзаячников, 48 подосиновиков и несчетное количество лисичек». В этом плане Веничка был щепетильный. Он когда свою главную книжку писал — с секундомером ехал от Курского вокзала до Петушков и помечал в тексте те места, где миновал станции. Поэтому некоторые возникают прямо посреди предложения. С одной стороны — любил окружать себя мифами и легендами, с другой — по жизни цеплялся за точные цифры и даты.

Куда бы Веничка ни отправлялся в командировку — прокладывать кабель или бороться с кровососущим гнусом, — всегда посещал местную библиотеку. Какая книжка ему глянется — ту прячет под ремень штанов. И так целую библиотеку в штанах собрал! Она полностью отражала географию его путешествий.

И страсть к чтению у меня от отца. Веничка вопрошает: «Что читаешь?»— «Мастера и Маргариту». Кривится: «Ядрена мать, дальше 38-й страницы у меня не пошло!» «А мне тоже не нравится!» — поддакиваю. И ведь почти не вру.

А в 10 лет Веничка удумал меня крестить — при этом морально не подготовил. Просто надел на «дурачка» красивый костюмчик, и мы сели в Петушках на электричку до Москвы. В дороге отец вещал что-то вроде: «Пора, мой друг, пора…» — и размахивал руками. Но я его не слушал от накатившей радости совместного путешествия. По прибытии на перроне к нам присоединился его приятель, и вот мы все вместе вырулили к церкви на «Китай-городе»… Тут я понял, что меня ведут, как ягненка на заклание, — то есть впереди какой-то таинственный и неприятный обряд! Улучил момент, пока они с будущим крестным отошли к ларьку за «Кагором», — и побежал к метро.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или