Полная версия сайта

Эдгар Дега: Восковые танцовщицы

Слепота для художника — все равно что глухота для музыканта, но у обоих остается кое-что: цепкая память.

Дега часто рисовал лошадей, ведь их ноги так же стройны, а поступь так же изящна, как у балерин. Фото репродукции картины «Скаковая дорожка. Наездники-любители возле коляски», 1877—1880 гг.

— Ах, сейчас почему-то никому не рисуется, вот я позировала мсье… — и начиналась глупая болтовня голой девицы, стоявшей на подстеленной драпировке, о тех вещах, о которых не всякому-то художнику позволено знать.

Дега сдирал лист с мольберта, начинать сначала уже не было сил. Сплетница отпускалась восвояси.

Был на приходящих моделях какой-то невидимый налет — сродни тому, что лежит на предметах в меблированных комнатах. Бесприютность молодых женщин, их ничейность и в то же время принадлежность всем отвращали Дега. Конечно, он, аристократ по рождению, был вхож в лучшие дома Парижа, дружил с утонченными дамами. Но почему-то именно теперь, оглушенный красотой неведомой прежде жизни на чужом континенте, он открыл для себя притягательность такой банальной вещи, как дом.

Были ли тому виной нежные креолки, в которых сохранилось нечто от восемнадцатого века, когда дамы напоминали стройных фарфоровых куколок? Сидя в каком-нибудь доме, Дега любовался стройной прелестной хозяйкой, хлопотавшей вокруг стола, улыбавшейся мужу и с умилением смотревшей на своих ухоженных детей. Вот и его слепая кузина Эстель — мать семейства, ждет уже третьего ребенка. При этом успевает и заняться домом, и съездить в оперу. Нет, жизнь в семье — совершенно естественное состояние.

Так что по возвращении в Париж ему явно стоит присмотреться к девушкам из приличных домов повнимательнее. Но вернувшись в привычную среду, Дега обнаружил, что мир полон самыми разными женщинами, которые ходят в балетные классы, гладят белье, поют в кафешантанах, моются, расчесывают мокрые волосы, примеряют шляпки, пьют абсент, вращаются под куполом цирка.

Гуляя по улочкам кварталов, где много домов свиданий, дешевых гостиниц и прачечных, где пахнет нуждой и беспросветностью, он подолгу смотрел на тамошних женщин. Они отвечали ему взглядами, полными ненависти, а то и гнали вон. И вправду: зачем этот хорошо одетый господин с надменным видом стоит напротив дверей в их прачечную и с любопытством заглядывает внутрь? Что он ищет, засматриваясь на них, явно пытаясь запомнить, как они выглядят?

Зато натурщицы любили позировать ему: Эдгар непременно похвалит прелести фигуры, хотя может и разрисовать ее углем, потому что так ему легче видеть пропорции тела. Жаль только, что он должен продираться взглядом сквозь висевшую перед ним пелену, чтобы увидеть вожделенную плоть.

Амбруаз Воллар, один из самых известных торговцев произведениями искусства в Париже, написал биографию Дега

От долгой работы все чаще болели глаза, плыл сизый туман, мешавший ухватить главное. Врач посоветовал почаще отдыхать и непременно побольше гулять. Для Дега это означало одно: бездельничать. Иной раз он честно бродил по бульварам и паркам, но чаще просто садился в трамвай, взбираясь на империал, и ехал до конечной остановки. Там пересаживался на другой номер — и опять катался по городу.

В одну из трамвайных «прогулок» он заметил на империале молодую женщину, удивительно похожую на ту, что видел когда-то. Полноватая, она легко взобралась по ступенькам лестницы, присела на скамейку и огладила юбку. Каково же было его удивление, когда, заговорив с незнакомкой, он узнал, что та не прочь стать натурщицей.

…Кто-то снаружи подергал ручку мастерской. Дега откликнулся, ему ответил негромкий мягкий голос — она. Художник потянул за веревку, привязанную к засову, и вслед за тем послышались шаги по винтовой лестнице. В неярком свете перед мастером предстала новая знакомая. Она испуганно разглядывала огромные колеса литографских станков и целые «стада» повернутых к стене и прислоненных друг к другу картин.

— Вы никогда не позировали?

— Никогда.

Гостья стала медленно раздеваться, запнулась за наполовину снятую юбку, смутилась, и пока вытаскивала ногу, Дега стал быстро набрасывать на шероховатом листе контуры ее тела. Дега всматривался в ее формы, они представали перед ним расплывчатым светящимся пятном, края которого сгущались и становились дышащей, мерцающей линией.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или