Полная версия сайта

Владимир Успенский: «Мама любила эффектных мужчин»

Последним маминым увлечением, из-за которого она, собственно, и оставила нас с отцом, был Лев Иванов, актер МХАТа.

Вот как мне отец — о том, как кто-то с кем-то вел переговоры, кто-то кого-то обманул… Ну, разумеется, с учетом того, что я ребенок. Про Ближний Восток — почему там войны? Не потому, что страны, народы друг друга не любят, а потому, что там нефть и все хотят ее продажу контролировать. Мама, конечно, в этих разговорах участия не принимала — была далека… В результате такого папиного воспитания я окончил международный экономический факультет Московского финансового института с красным дипломом. И мечту свою осуществил: одна из моих сегодняшних работ — преподавание в Финансовом университете при Правительстве РФ. Как и отец, имею степень доктора экономических наук.

— И все-таки неужели вы, тогда уже подросток, не чувствовали, что семья рушится?

— Я ничего такого не замечал. Единственное, пожалуй, что было для меня странным и неприятным, — это звонки «доброхотов» из театра. «Вовочка, а ты знаешь, где сейчас твоя мама? У нее любовное свидание…» — и тому подобное. Иногда по 10 раз в день звонили, иногда раз в неделю. Кто эти люди, не знаю. Наверное, многие сыновья-подростки на моем месте возненавидели бы мать. Но со мной этого не случилось. И отец никогда не настраивал меня против нее. Могу поклясться своим здоровьем. Он ничего плохого не говорил, даже когда она ушла. А сделала это мама, ни с кем не попрощавшись. Меня (я тогда учился в девятом классе) дома не было. Следующая наша встреча произошла лишь через 17 лет… Если говорить о последнем мамином увлечении, из-за которого она, собственно, и оставила нас с отцом, то это, обратите внимание, тоже эффектный мужчина.

Лев Иванов, актер МХАТа. Что бы ни говорили и ни писали, именно из-за внешности его взяли в труппу. Понимаете, в театрах всегда большие проблемы с красивыми мужчинами. С одной стороны, они не так уж высоко ценятся — главное в актере все-таки талант, харизма, которые редко сопровождаются внешней привлекательностью. А с другой — совсем без красивых обойтись нельзя. И вот тогда во МХАТе сложилась такая ситуация: уже был красивый мальчишка Щербаков Боря, есть красавец средних лет Олег Стриженов, но нет благообразного красивого мужчины в возрасте. И вот в этом качестве взяли артиста Вильнюсского драмтеатра Льва Иванова. Когда он начал работать во МХАТе, ему шел 47-й год.

Это был человек со своей драмой. Тяжело болела его супруга, прежде всего психически, а потом она вообще перестала вставать с постели. Несмотря на роман с моей матерью, Иванов не разрывал отношений с женой. И это характеризует его только с положительной стороны. Если бы он бросил ее, больную, и женился на другой — согласитесь, было бы некрасиво. А вот мама ради него все-таки решилась на серьезный шаг. Видимо, действительно испытывала сильные чувства. Любил ли он? Не уверен. Внутренний голос мне подсказывает, что все было по-другому. Иванов чувствовал, что Ханаева — большая актриса, и ему нужно было к кому-то в театре прислониться. Когда во МХАТ пришел Олег Ефремов, положение Льва Васильевича стало шатким. Ведь Олег Николаевич очень хорошо разбирался в артистах, а Иванов практически только внешностью и брал.

Вот этот момент мне кажется главным в его отношении к матери. Но, безусловно, какая-то сильная симпатия присутствовала тоже. Ведь, обратите внимание, моя мать влюблялась только в эффектных мужчин, и они отвечали ей взаимностью. А ведь сама она красавицей не была. О чем это говорит? О том, что внешность не главное, куда важнее обаяние, изюминка. У матери с этим было все в порядке.

В ней явно присутствовало что-то загадочно-притягательное. Чем объяснить, например, то, что маму обожали животные и растения? Причем она сама была довольно равнодушна к тем и к другим. Скажем, цветов в доме было устрашающее количество. Но не потому, что мама о них как-то особенно заботилась, просто они у нее фантастическим образом сами разрастались, цвели, плодоносили. И реагировали на ее настроение и самочувствие.

Мама сама удивлялась. Если она болела, цветы начинали хиреть — хоть поливай, хоть удобряй, ничего не помогало. Только ей получше — и они выздоравливали. Кстати, когда мама ушла, в доме не осталось ни одного растения. Все! Какие-то погибли, остальные мы с отцом выбросили. Что касается животных, тут я сам свидетель: ее буквально обожал страшный огромный пес Тузик. Это было, когда я с ней общался уже взрослым. Мать, поселившись в высотке на площади Восстания, ставила свою машину в трехэтажном гараже. И, как положено, в нем на каждом уровне кроме охранника жил свой пес. Сторож. Тузик отвечал за мамин третий этаж. Это был злой и сильный зверь непонятной породы. И вот он очень ее полюбил. Настолько сильно, что узнавал шум двигателя маминой машины. Бывало, она подъезжает, а охранник: «Я уж знаю, Евгения Никандровна, что вы едете.

Я видел мать только по телевизору и в кино. Конечно, смотрел картины с ее участием. Эти годы не были годами равнодушия — я постоянно вел с матерью какой-то внутренний диалог. На фото: кадр из фильма «Москва слезам не верит»

Вы еще на первом этаже были, а Тузя уже весь извелся…» Знал шум двигателя!

— Значит, ваша мама, оставив семью, ушла жить к родителям?

— Нет. Где она тогда жила, я не знаю. Вроде бы в квартире, которую ей нашли друзья Льва Иванова. Ходили такие слухи. К нему ведь она пойти не могла… А после смерти стариков Ханаевых мама переехала в их высотку. Мы с отцом тоже недолго жили в нашей «семейной» квартире, поскольку принадлежала она, по сути, деду Нике. Я был в ней прописан, отец — нет. И хотя мать ни слова не говорила — мол, это моя квартира, давайте ее разменивать, — отец решил, что мы оттуда съедем. Он был порядочный человек и считал: эти квадратные метры — материны, и пусть живет на них с кем хочет.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или