Полная версия сайта

Две жизни Кристины Асмус

«Помню, случались такие дни, когда в холодильнике не было ничего, кроме банки хрена».

А тогда... Совершенно растерялась.

Когда через полгода Константин Аркадьевич сообщил о моем отчислении, я подумала: все, это конец. Весь мир узнает о моем позоре, меня никуда больше не возьмут, и о карьере актрисы можно забыть... Близкие так мной гордились, школьные друзья рассказывали друг другу о том, что я поступила аж в Школу-студию МХАТ! И что теперь? Как побитой собаке, возвращаться обратно в Королев, признаваться, что меня выгнали... Это же казни подобно!

Я очень долго не могла прийти в себя, рыдала сутками.

Этот нокдаун, полученный от мастера, на самом деле решил мою судьбу. Именно тогда все и определилось. Я могла или окончательно спрятаться ото всех в углу и вечно зализывать раны, считая, что мир ко мне несправедлив, или подняться и бороться. Бороться, несмотря на то что ничто не обещает победы. Просто потому, что складывать руки нельзя. У меня даже девиз такой: «Если двери закрыты, стучись в окно...» Именно так я и сделала... Через помощницу Райкина записалась к нему на прием, хотела попросить позволения стать вольнослушательницей на его курсе. Я знала, что Константин Аркадьевич никогда не желал мне плохого, и была уверена, что и в этот раз он меня поддержит. Но Райкин сказал: «Нет, обратно я тебя не возьму». Он считал, что у меня определенно есть способности и, чтобы чего-то достичь, я должна еще очень много работать. Но не на его курсе...

Этот второй удар был для меня еще сильнее, чем первый.

Я представляла себе Ивана Ивановича Охлобыстина как очень яркого человека. А он оказался закрытым.  И пары слов со мной не проронил

Но, знаете... С того момента моя жизнь разделилась на две половины: до разговора с Константином Аркадьевичем и после... Было такое ощущение, что за несколько минут я повзрослела лет на 5. Из его кабинета в «Сатириконе» я вышла совсем другим человеком.

...Следующие два года стали временем больших испытаний и постоянных поисков. Я устроилась в один театр, потом в другой, в каком-то некоторое время просто билеты продавала. Попробовала даже создать свое агентство по организации мероприятий.

Ходила на все просмотры, по всем кастингам, получала отказы, обивала пороги, моталась из одного конца города в другой. Жила в каких-то съемных углах, ночевала у подружек...

Временами руки опускались, но я твердила себе: обратного пути нет!

Вечером возвращалась домой, падала от усталости, а назавтра — подъем в 5.30, и все по новой...

Несмотря на то что работала в нескольких местах, денег все равно катастрофически не хватало. Иногда за целый день у меня во рту не было ни крошки. А когда приходилось совсем туго, шли с приятелями петь на Арбат. Пока не появлялась местная мафия и не прогоняла нас, удавалось собрать у прохожих какую-то мелочь. Но мы и этому были рады: все-таки можно было заморить червячка, купив булку или яблоко...

В 2008 году я снова решила поступать в театральный. На этот раз отдала документы в Щепкинское училище. И теперь уже, оказавшись в числе студентов старейшего актерского вуза, вела себя совершенно иначе, чем в Школе-студии МХАТ.

Не стояла в углу, наблюдая за остальными, а сразу стала проявлять себя, оказалась в числе лидеров курса и до сих пор там держусь. Судьба дала мне второй шанс, и его я уже не упущу...

Даже когда заболевала, все равно продолжала ходить на занятия. О том, чтобы посидеть несколько дней дома, и речи быть не может. Внутри у меня все время живет страх: вдруг сейчас пропущу, а потом меня выгонят? Да ни за что!

Но однажды разболелась очень серьезно: меня положили в больницу с пиелонефритом. Температура сорок, боль ужасная, состояние такое, что в какие-то моменты просто не понимала, на каком свете нахожусь. А в училище — премьера учебного спектакля.

И я решила: надо во что бы то ни стало выйти на сцену и сыграть свою роль.

Как ушла из больницы, толком не помню: подписала какие-то документы, что снимаю с врачей всякую ответственность за свое здоровье, поймала машину и приехала в училище.

В пьесе я играла роль старухи. Мое внутреннее состояние тогда настолько совпало с ролью, что, думаю, это был один из лучших спектаклей в моей жизни. Выложилась я тогда даже не на сто, а на двести процентов.

Когда занавес закрылся, я ушла за кулисы, а дальше — темнота. Потеряла сознание... Сокурсники вызвали «скорую», я долго не могла прийти в себя. Но ни о чем не жалела. И если бы ситуация повторилась, я поступила бы точно так же...

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или