Полная версия сайта

Ангелы и демоны Ивана Охлобыстина

«Я никогда не остепенюсь. Носиться на байке, когда у тебя шесть душ детей, — почти аморально».

Да и я, поверьте, не живодер, там больше вгиковщины было, чем настоящих чувств. У нас под окном росло матерое такое дерево, на которое и свалился кот. Так что Буратино остался вполне живым и здоровым, сполз себе по стволу и был таков. Домой, правда, не вернулся — видно, по-мужски разговаривать больше не захотел…

На самом деле о Ксении у меня масса теплых воспоминаний. Она замечательный человек и шикарная, увы, нереализованная актриса. Качалина могла бы Медею играть, настолько велик ее диапазон героини. Она физически очень крепка, несмотря на то что выглядит как божий одуванчик. Не факт, что в ножевой схватке победил бы я.

Допускаю мысль о том, что она даже зажаривала мне куриные окорочка, но они каким-то непостижимым образом стерлись из моей памяти.

Вообще хозяйственным талантом Ксения, человек других несомненных достоинств, не обладала вовсе.

Я никогда не обещал на ней жениться, а она не собиралась за меня замуж. Пиратская сделка — пиратская сделка и есть. Потом с течением времени мы поняли, что просто ограничиться прагматичным соглашением не получится. Мы попадем в ловушку Дейви Джонса (или как его, из «Пиратов Карибского моря»?..). Потому как чувства не было, человек же долго в одиночестве не может, а сделка тут вовсе не мотив… По крайней мере я все воспринимал именно так. Поэтому не могу даже сказать, что мы расстались. До Кейптауна мы просто плыли в одном направлении, а потом Ксения взяла курс на Гоа, а я пошел к мысу Горн.

Возможно, я каким-то образом спровоцировал иллюзию относительно контроля над моей жизнью, но это было совсем не так. Хотя… Только мы с Ксенией расторгли наш договор, я сразу влип в историю.

Еду в метро. Я подшофе, напротив — человек в очках. На одной из станций заходят очень жизнерадостные люди с велосипедной рамой. И почему-то они решили, что над человеком в очках надо издеваться. Я в доступной для них форме сказал все, что я думаю по поводу людей, потешающихся над слабовидящими. Видно, мысль свою выразил достаточно ярко, потому что через мгновение велосипедная рама приземлилась на мою ключицу — в голову, видно, прицелиться не успели. Все произошло настолько неожиданно, что я не успел выхватить свой нож. Зато они, к сожалению, мой нож выдернули и им же меня два раза полоснули…

Когда я раздам девчонок замуж или пораньше попаду в условия, которые позволят не думать, в чем ребенок пойдет в школу или где взять денег на репетитора, обязательно вернусь служить

Сознание мое поплыло, из рукава потоком хлынула кровь, и люди с велосипедной рамой порядочно испугались. Выполз из вагона я на станции «Электрозаводская». Картинка как из фильма ужасов — я оставлял за собой широкий кровавый след, пытаясь кое-как двигаться со сломанной ключицей и диким звоном в голове. Первый час ночи. Меня испугался даже молоденький милиционер, дежуривший на станции. «Я потерял половину своей крови, — говорю. — Если я сейчас не попаду в медпункт, кровь кончится». «Туда!» — махнул он в сторону выхода, и я поплелся. Наврал гад — никакого медпункта там не оказалось! Зато оказалась старушка в неприличной шляпе, которая с репликой: «Пошел отсюда, пьянь!» вытолкала меня на улицу. Мороз лютый. Я в незнакомом месте, истекаю кровью и отчаянно пытаюсь вспомнить, кого в этом районе знаю. Оказалось, что кроме девчонки- сценаристки, у которой мы периодически собирались студенческой компанией, никого.

Пошел по памяти. К счастью, память не подвела. Знакомая тут же посадила меня в машину и помчала в «Склиф». Залатали все, что подлежало штопанию, и прописали покой. А я, как на грех, только успел перевезти свои вещи к маме. Мама же весьма неоднозначна. У нее не бывает средней фазы: матушке или здорово — и она хохочет, прыгая до потолка, или плохо — и тогда паника ее не знает пределов. Я представил, как появлюсь в таком виде… Дополнительных эмоций в моей ситуации уже не хотелось, и подруга-сценаристка предложила пожить у нее, пока по крайней мере с меня не сойдет плотный синий цвет. На том и порешили. В больнице меня накололи димедролом, и обратно в квартиру на «Электрозаводской» я ехал в засыпающем состоянии.

Очнулся утром. Дверь в мою комнату была приоткрыта, и то, что я увидел в щель, заставило засомневаться, только ли димедролом меня накололи в больнице... По коридору полз совершенно лысый упитанный мужчина неглиже, верхом на нем сидела оголенная девица, которая звонко хлопала его вьетнамкой по заднице. Ползла сия процессия по направлению к ванной. Позже я выяснил, что они, вероятно, играли в «Госпожу»… Оказалось, мечта моей подруги сбылась (она все сетовала, что бабки-соседки не мрут): наконец завладела всей большой квартирой и устроила в ней публичный дом. Девчонок, в основном из Подмосковья, было много, но воспользоваться ситуацией ввиду потери здоровья я не мог. Вечерами выползал на кухню, и мы с ними самозабвенно играли в лото. Милейшие создания. Когда лото мне надоело, я заслал одну из «машенек» в книжный магазин.

Сто раз повторил ей по телефону: «Гюнтер Грасс!» — все равно купила совсем не то и вообще не книгу. От нечего делать обещал девчонкам заняться их образованием и всех подготовить к поступлению в вуз. «Зачем нам?» — пожимали плечами глупые. «Затем, что проститутка с высшим образованием заработает гораздо больше! С ней можно еще и поговорить о теории множественности миров!»

Но на обещаниях все и закончилось. Не успел, женился...

…Папа говорил, что самая хорошая квартира — та, из которой можно выйти не оглядываясь. И я долгое время считал так же. А потом я увидел Ксюху. Арбузова, уже известная в народе как «Авария, дочь мента», была похожа на персонаж из фильма «Угрюм-река». Она тогда еще не выпила свой стакан водки, еще не сказала судьбоносное: «А почему бы и не прогуляться?»

— а я уже понял, что вот то самое ОНО. Конечно, я зазвал ее погулять по ночной Москве, заверив, что непременно провожу едва на тот момент знакомую девушку до дома. И проводил. Правда, до своего. С тех пор, страшно подумать, пятнадцать лет пронеслось. Тогда мне было двадцать восемь, я хотел детей и семью. Господь знал, чего я хочу, и предложил свой вариант. Отличный, надо заметить, вариант. Мне-то казалось: не родилась еще та, что способна вынести такое чудовище, как я. Я даже забыл о том, что любовь — глагол, но она мне напомнила.

…Мы с Оксанкой пьяны, но чем-то очень умильным — типа абсента, идем целоваться на Крымский мост. Шикарная идея с учетом того, что это самый любимый самоубийцами в Москве мост.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или