Полная версия сайта

Михаил Горевой. Международный злодей Российской Федерации

Когда по прилете в Лондон проходил паспортный контроль, офицер спросил: «Цель визита?» — «Буду в...

Михаил Горевой Михаил Ефремов

Несколько раз нас чуть не отчислили, но в итоге наказали, лишив зарубежной поездки. Зато отпустили на гастроли на Северный флот. Мы повезли литкомпозицию, наши прикольные наблюдения: «А сейчас Михаил Горевой покажет вам тапочки». Пили «шило» (это спирт по-моряцки), ходили в баню на подводной лодке... Жизнь кипела! За студенческие годы еще больше сошелся с Никитой Высоцким, Славой Невинным-младшим, Машей Евстигнеевой. Моей постоянной партнершей по танцам была очень талантливая Саша Табакова, жаль, что ее актерская карьера не задалась. Молодость — счастливое время, мы горели профессией, вкалывали с утра до вечера!

Компьютеров у нас, конечно, не было, но зато только-только появились видеомагнитофоны. Как-то Михаил повел нас в квартиру отца смотреть фантастический триллер «Чужой». Мы-то не знали, что Олег Николаевич спал в соседней комнате, и когда он проснулся и неожиданно вошел, ошалели от неожиданности, тут же повскакивали с дивана, уступив ему место, а сами устроились в ногах на полу, затаив дыхание. Непонятно было, на кого глядеть — на Ефремова или на экран. Худрук МХАТа увидел, как чудовище в картине всех съело, и говорит:

— Я тоже могу сниматься в таких фильмах, но только моего героя надо первым убивать.

— Почему, Олег Николаевич?

— У меня много работы в театре, меня первым, пожалуйста.

Фильм закончился, в живых остались героиня и ее кот. Олег Николаевич поднялся:

— Ну, теперь у них одна проблема... — мхатовская пауза. — Улететь!

Миша Ефремов рассказывал мне, что есть три основных режиссерских ступени. Первая — деспот-тиран, это низшая ступень режиссуры, вторая — режиссер-гипнотизер, который обволакивает артистов, зачастую провоцирует их, это сложная ступень, не все до нее добираются. А третья — высшая — это режиссер-философ, такими были Эфрос, Товстоногов, Олег Ефремов, Питер Брук, люди, которые стратегически влияют на нашу профессию, сдвигают тектонические пласты, так сказать, сдают карты на мировом уровне.

Ушел Олег Николаевич, и МХАТ сильно изменился. Табаков скорее министр-администратор, свое дело знает классно. Но он не режиссер, сам не ставит. Я не помню при нем громких прорывов, какими в свое время стали «Чайка» или «Иванов» со Смоктуновским, или «Так победим!» с Калягиным-Лениным. Уверен, что любому, даже самому большому художнику стоит задумываться над тем, кто станет его преемником...

Ну а по окончании института из нашего курса образовался театр «Современник-2» под руководством все того же Михаила нашего свет Ефремова. Он всегда был лидером, отец воспитал его абсолютно свободным человеком, что большая редкость: народ наш изломан и измучен, рабство в него въелось накрепко. А в Михаиле его совсем нет.

Слова о том, что природа отдыхает на потомках талантливых людей, совсем не про Ефремова-младшего. Он с детства рос в театре, лучше всех нас соображал, как эта махина работает. Еще в Школе-студии поставил спектакль «Пощечина» по произведениям Юрия Олеши, получилось здорово. Мы возили его и в Германию, и в Грузию. С этой постановки, можно сказать, и начался театр-студия «Современник-2». Галина Борисовна Волчек дала нам такой шанс. Конечно же, она приютила молодняк у себя во многом потому, что Миша был сыном создателя «Современника». Мы имели возможность работать в выходные дни, а еще когда ее труппа уезжала на гастроли или уходила в отпуск. Пахали как оглашенные, все делали сами. Нам интересен был хлесткий, наглый, эпатажный политический театр, мы смело высказывались на злобу дня.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или