Полная версия сайта

Светлана Шершнева. Всегда вместе

Вначале в Малом не верили, что такое чувство возможно, считали, что разыгрываем перед всеми спектакль.

Людмила Гурченко

— Это ответственность за человека, с которым ты живешь.

Мне показалось это таким скучным, прозаичным. Я была девицей романтичной. «Какой-то он слишком серьезный...» — подумала разочарованно. Только спустя много лет поняла, насколько Саша был прав.

О нашем романе вскоре все узнали. Директор театра вызвал Голобородько на разговор: «Ты мне как сын... Скажи, долго будешь морочить девушке голову? Играйте свадьбу!»

Саша промолчал — не хотел жениться, поскольку понимал, что шаг-то серьезный. Он очень порядочный. Я же сразу это увидела, думала: может, в генах у него заложено? Но потом оказалось, что родители Саши жили как кошка с собакой. Он в детстве сильно хлебнул лиха и глядя на них поклялся: если женится, такого в его семье никогда не будет.

Не знаю, сколько бы Голобородько еще раздумывал, если бы не один случай. Саша решил купить родителям телевизор. Достаточной суммы не было, а у меня оставались деньги от съемок в фильме. И он попросил:

— Вы не могли бы одолжить на телевизор?

— Пожалуйста.

Прошло время, я пошутила:

— Когда должок отдашь? Або суд, або огласка.

Саша в ответ засмеялся:

— Да свадьбу будем играть!

А деньги, между прочим, так и не отдал.

Когда потом приезжали к его родителям, Саша, показывая на телевизор, шутил: «Вот кто мне жизнь устроил! Из-за него пришлось жениться!»

Напротив театра был ЗАГС, нас там по знакомству быстро расписали. Саше было двадцать пять лет, мне двадцать три. Свадьба получилась комсомольская, гулял весь театр, мы были роскошной парой — шли по лепесткам роз, что по тем временам было необычно. Нам подарили диван-кровать с тумбой для белья. Конечно, коллеги завидовали, кто-то даже сказал: «Долго они вместе не проживут, вот увидите». Приехали на торжество мои родные — сестра с отцом. Папа впервые смотрел спектакль «Варшавская мелодия» с моим участием. В конце вышел на сцену директор и объявил: «Здесь в ложе сидит отец нашей актрисы». К нему повернулись зрители и стали аплодировать. Папа заплакал.

Василий Меркурьев

Мог ли он подумать в свое время, что его Светка станет артисткой? В семье я была последней, пятой девочкой. Мама родила меня поздно, в сорок четыре года. Отец был против, уговаривал: «Ну не надо, Ариша! Куда в таком возрасте?!» Перед людьми было стыдно — дочки уже скоро замуж выскочат, а тут жена на сносях. Но она, убежав из дома, родила у тетки в селе, прямо в сарае.

Мама была из староверов. Мой дед, ее отец, шил на «Зингере» роскошные овчинные тулупы. За огромным деревянным столом дети плели куколок из соломы, подстригали им юбочки. Вокруг собирались бабушки, тети, дяди. Смастерив игрушки, мы начинали стучать кулаками по столу, а куклы от этого принимались «танцевать». И ни одного осуждающего взгляда со стороны взрослых. Терпение, только терпение — девиз староверов. Они не курили, не пили, держали пост. И жили до ста с лишним лет.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или