Полная версия сайта

Ксения Румянцева. Разговор с отцом

Сложная история взаимоотношений между Эммануилом Виторганом и его дочерью от первого брака.

Эммануил Виторган и Алла Балтер

Однажды я была на спектакле «Шаман с Бродвея» с отцом в главной роли. Прорыдала все представление, потому что оно было про меня. Сына, который по сюжету всю жизнь ждал отца, играл Максим Виторган. Но это было про меня! Потом долго переживала увиденное. Хотя всегда очень гордилась тем, что мой папа знаменитый актер, популярный человек — я же видела, как на него на сцене люди реагируют.

Знаете, когда ребенка отринули, это больно, но ты приспосабливаешься. Фантазируешь, рисуешь в воображении десятки преград, которые мешают с тобой общаться. Но когда человека предают во взрослом возрасте и он способен трезво анализировать — это, конечно, намного больнее.

Конец девяностых для нас складывался очень сложно. Дочь пошла в первый класс, у меня только родился сын. И с деньгами, и с общей устроенностью в жизни было проблемно. Поэтому мы вернулись в Питер, в ту же коммуналку, в которой когда-то жила с родителями. И однажды я узнала, что у Театра Маяковского гастроли в Санкт-Петербурге, неделю или полторы они играли чуть ли не каждый день. Меня то и дело спрашивали знакомые: «Сама наверняка ведь пойдешь! Нельзя с тобой за компанию?» Отец даже не позвонил. У меня тогда был только стационарный телефон, и я неделю просидела дома рядом с ним, ждала звонка... Это было сильным ударом.

— Может быть, он не знал, что вы в Питере?

— Знал. Ситуация стала меняться, когда у отца появилась третья жена — Ирина Млодик, с которой он связал жизнь после смерти Аллы Балтер. Именно она открыла злосчастную для меня дверь в семью. У мамы в Москве много знакомых, и когда мы приезжали в столицу, обычно останавливались у кого-то из них. Почему, решив в 2001 году порадовать детей поездкой в столицу на каникулы, я позвонила отцу, даже не знаю. Говорила с Ирой, сообщила, каким поездом приедем, и спросила, не хочет ли Эммануил Гедеонович увидеться с внуками — хотя бы мельком, на вокзале. Своим Саше и Никите ничего не сказала, потому что была уверена, что отец не приедет. А объясняться потом не хотелось... Каково же было мое удивление, когда прямо на перроне я увидела папу с Ириной. Встретили очень тепло и даже пригласили остановиться. «И слышать ничего не хочу! — неожиданно сказал отец. — Только к нам!»

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или