Полная версия сайта

Евгения Крюкова рассказала об ошибках молодости, жертвах во имя любви и истинном счастье

Любовь не терпит компромиссов, она должна светить, как солнце. Не испытываешь ничего подобного? Не обольщайся ложными надеждами — не стерпится и не слюбится.

Раскрыла и прочла: «Милушке — пятьдесят! Какое счастье, что мы вместе!» Все за столом с трудом сдерживали слезы. Но опять же — в ней не было каких-то видимых для нас страданий. Напротив, она, как ребенок, радовалась. И не горем своим, а радостью хотела с нами поделиться: мол — смотрите, какой замечательный подарок сделал мне Валя в день рождения!

Тети не стало год назад. Сын, не дозвонившись ей, приехал — Мила жила одна, сама так хотела. Она лежала без сознания и улыбалась. Это был инсульт, ее забрали в больницу. Но брат делился с нами: «Не могу отделаться от ощущения, что ее не надо было никуда везти! Что ей нравится мир, с которым она соприкоснулась, и мама уже хочет уйти туда!»

Недели через три мы ее хоронили, естественно, в одну могилу с мужем.

Как святых Петра и Февронию. Моим дяде и тете не повезло умереть в один день, как этой паре святых, и Мила тридцать лет, очень смиренно и достойно, несла свой тяжкий крест вдовства. На кладбище я поймала себя на мысли, как спокойно и легко на душе, нет обычной скорби, сопутствующей смерти близкого человека. Вот не грустно — и все тут. Потому что жена наконец дождалась встречи с любимым мужем. И я думаю, что смерть для нее — приобретение и один из самых счастливых моментов за прошедшие три десятилетия.

Если мне и больно, то только от понимания того, что такой дар любви — удел и счастье избранных. Остальным же, как и мне, приходится путем проб и ошибок учиться этому всю жизнь, чтобы смочь, если повезет, хоть в малой степени приблизиться к идеалу.

Моего любимого дяди Вали не стало очень рано

И я всегда хотела, чтобы в моей жизни было так — как у них! То есть с того самого возраста, когда девочки в принципе начинают задумываться о подобных вещах. Но в то время мальчики, так казалось, обращали на меня внимание только для того, чтобы в стотысячный раз подшутить. Что уж скрывать, если режиссер Андрей Житинкин давно выдал мой секрет, предмет глубочайших переживаний и комплексов — всему свету.

На уроке, классе во втором, мы учились рисовать кастрюлю, и один мальчик изобразил ручки не так, как положено, а как у чашек — вытянутыми сверху вниз. И наша чудная учительница, звали ее Перекрест Нина Сергеевна — мне этого не забыть никогда! — возьми да воскликни: «Ой, у Васиной кастрюли ручки, как у нашей Жени уши!» С тех пор не было конца дразнилкам.

Одна фраза — и комплекс на двадцать лет! Дорогие учителя, «нам не дано предугадать, как слово наше отзовется», но вам вручены детские, очень ранимые души, прошу вас — будьте осторожны!

Став взрослой, я приклеивала уши сначала пластырем, позже — гримерным клеем. Каждое утро встаешь и проделываешь одну и ту же процедуру — как зубы почистить. Но бывало, на каком-нибудь приеме покрывалась холодным потом, понимая, что забыла взять с собой клей. Только несколько лет назад мои оттопыренные уши прооперировали и переживания ушли в небытие.

Как-то встретилась случайно с одноклассником, мы разговорились, и выяснилось, что он вовсе не замечал моей «огромной» проблемы. Но это было уже спустя годы. А в ранней юности мальчики за мной не ухаживали и я, конечно, думала, что все дело в ушах, поэтому очень хотела стать как все.

Была же не то чтобы «белой вороной», но не особенно общительной — в общем, очень домашней, как комнатное растение, девочкой. Удивлялась, когда одноклассники говорили в радостном возбуждении: мол, как круто — сегодня родителей дома нет. Я, напротив, зная, что мама не на работе, со всех ног неслась домой. Подрастая, не бегала по дискотекам, не выпивала, не ругалась матом и не курила. Никогда.

Если это требовалось по роли в кино, просила забивать прямо внутрь сигарет фильтры. В одном из спектаклей приходилось несколько раз на сцене курить «Беломор» — это совсем катастрофа. Набирала, не затягиваясь, дым, потом выдыхала и чтобы не вдохнуть его снова, наклонялась, якобы поправляя что-то внизу.

Для меня загадка, зачем люди курят, это же противно и невкусно. С детства боролась с мамой. Рисовала плакаты: надломленная сигарета несет мешок, на котором написано «Рак». Она срывала мои страшилки, говорила: мне нравится, оставь меня в покое. Когда сдалась я, борьбу продолжила маленькая Дуня, моя дочь. Если бабушка курила на лестничной клетке, открывала дверь и приговаривала: «Травись, бабулечка, травись, красотулечка!» Доходило до скандалов: «Женя, чему ты учишь ребенка?!» А в шестьдесят лет — раз! — и сама бросила, сказала, что вдруг почувствовала отвращение. Еще один урок любви: никого не надо переделывать против воли, все придет само.

В общем, в юности, стесняясь своей отделенности от большинства, я в какой-то момент подумала: «Наверное, надо и мне все попробовать.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или