Полная версия сайта

Алина Макова. Как я работала с Любовью Успенской

«Больше суток я провела в «палате для самоубийц». Обида навалились такой глыбой, что возможности выбраться я не видела».

Успенская была раздражена и пару раз срывалась по поводу моих казавшихся ей неуместными шуток. Когда кандидатки в домработницы разошлись, я попросилась домой, но услышала: «Останься! Сделаешь мне массаж!»

Посмотрела с «королевой» половину серии какой-то дребедени, параллельно массируя «звездные» ноги, и снова попросила меня отпустить:

— Люба, я хочу выспаться. Устала смертельно.

— А от чего это ты устала? Что ты делаешь? Я одна тащу воз, на котором вы все сидите!

— Ну, раз ты так считаешь...

— Считаю!

Я ушла в гостиную, где домработница Люда отчаянно боролась со сном. Ждала, когда хозяйка отпустит меня и сама отправится на покой.

Минут через десять из кухни, где обосновалась Успенская, донеслось:

— Алина, иди сюда! Послушаешь мои старые песни.

Звучал альбом Успенской «Не забывай». Он никогда мне не нравился, а в этот вечер показался особенно чудовищным.

С трудом дослушав «хит» до конца, я спросила:

— Люба, о чем эта песня?

Как она подхватилась, как взорвалась!

Мне Любу безумно жалко. По сути, «королева шансона» Успенская очень несчастный и одинокий человек. Но в этом только ее вина...

— Что ты в этом понимаешь?! Разве хорошая песня обязательно должна быть о чем-то?! А музыка, она что, тоже тебе не нравится?

— А чему тут нравиться? Ни мелодии, ни аранжировки.

— Ладно, — процедила Успенская. — А вот эта? — и поставила очередной «шедевр».

Будь я в нормальном, неразобранном состоянии из-за проведенной практически без сна недели, наверняка бы оставила свое мнение при себе. Но тут выдала:

— Такое впечатление, что этот альбом ты записала с глубокого похмелья...

И Успенскую понесло:

— Что ты хочешь сказать?!! Что ничего не понимаю в стихах и в музыке?!!

Ты, неначитанное, необразованное быдло, смеешь меня учить?! Смеешь о чем-то судить со своим убогим совковым умишком?!

Ругательства сыпались и когда я одевалась в прихожей, и когда вышла на площадку.

Всю дорогу домой в ушах звучали слова Успенской: «неначитанное быдло!», «со своим убогим совковым умишком!» Вспомнилось, что с таким же презрением — естественно, в узком кругу, а не в прессе или на концерте — она отзывалась и о некоторых своих слушателях.

На следующий день мне позвонила домработница «королевы» Люда:

— Алиночка, не звони и не унижайся! Тебя тут такими словами кроют... Я знаю, что ты — талантливый и успешный человек, и понимаю, сколько ты для нее сделала.

— Мне не за что извиняться.

— Конечно!

Побереги свои нервы, не отдавай ей остатки своей жизни.

А у меня наступила полная апатия. Ни есть, ни спать не могла. Сидела, уставившись в стенку. Когда пыталась вызвать в памяти образ Успенской, перед глазами всплывало перекошенное злостью лицо, а в ушах звучал раздраженный голос: «Алина! Закрой рот! Что ты в этом понимаешь?» Теперь мне ясно, что я уже давно видела в ней не певицу, а немолодую сварливую женщину, променявшую творческие приоритеты на мещанские...

Очередной звонок последовал от директора Успенской Виталика:

— Что у вас с Любой все-таки произошло?

Прекрасно понимая, что Успенская стоит рядом с Виталиком, интересуюсь:

— Она рядом?

— Нет, что ты, я один...

Сухо излагаю ситуацию.

— Вообще-то мне это не очень интересно, — скороговоркой резюмирует Виталик.

— Люба просила передать, что больше в твоих услугах не нуждается, мы уже взяли на твою должность другого человека.

— Ну вот и замечательно. Пусть этот другой человек и работает.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или