Полная версия сайта

Алексей Колосов. Одиннадцать дней разлуки

Тяжело вспоминать последние дни моих родителей. Чуть ли не фонд спасения Касаткиной учредили. От кого? От родного сына?

Папа в то время как раз снимал фильм «Помни имя свое». Возможно, переживания за мое здоровье и помогли маме сыграть в нем столь пронзительно. Сразу после операции родители взяли меня с собой в Польшу, где проходили съемки: хотели отвлечь от печальных мыслей. Это было время наибольшего единения нашей семьи. Волей-неволей мама примеривала на себя трагедию героини — матери, на долгие годы потерявшей сына. Не случайно в сценарий вошел диалог из нашей семейной хроники.

Когда маме впервые принесли меня в роддоме, она вдруг забеспокоилась. Спросила у нянечки:

— Почему у него глазки припухшие?

— А ты думаешь, тебе одной чижало было? Дите небось тоже намаялось.

Ради этой роли мама за месяц похудела на двенадцать килограммов. На съемках фильма ее укусила овчарка, все вокруг было залито кровью. Но мама сбежала из больницы и, превозмогая боль, на следующий день была на площадке, чтобы не срывать график. Перед съемкой самой трагической сцены — когда ее разлучали с сыном в лагере — уговорила администрацию Освенцима, где открыли музей, оставить ее на ночь в бараке. Так и просидела до утра на нарах, глядя на гору детских ботиночек, оставшихся от детей-узников.

Мама всегда была волевым и целеустремленным человеком, ради роли шла на все. В «Укротительнице тигров» входила в клетку с хищниками, в картине «По ту сторону» прыгала с поезда, будучи беременной. В сериале «Операция «Трест» скакала верхом.

Однажды лошадь понесла, мама упала, получила трещину позвоночника. Два месяца пролежала на досках, не вставая. Но уходила натура, и она вышла на площадку, вновь села в седло, а потом каталась по земле от боли.

По характеру я не нытик, да и в семье, при всей маминой эмоциональности, не принято было друг друга жалеть. Но недуг прищучил меня как раз тогда, когда «юноши обдумывают житье». Было нелегко. Совершенно не представлял, чем теперь в жизни заниматься. Возможно, именно оттого и пришел к музыке: обретя проблему со зрением, начал воспринимать мир в первую очередь на слух. Пробовал сочинять песни. Влюбился в джаз. Но тогда музыканты представлялись мне существами недосягаемыми, настоящими небожителями.

Родители посоветовали пойти на факультет журналистики. Мне было совершенно безразлично, и я поступил в университет. Только на третьем курсе осознал наконец, что мое истинное призвание — музыка. И окончил заочно Гнесинское училище, защитил диссертацию. С тех пор пишу музыку, выступаю с концертами. Когда думал, что подарить маме на семидесятилетие, решил написать картину. Знал, что это ее растрогает: ведь с тех пор как потерял зрение, о мольберте и не вспоминал. А в детстве я неплохо рисовал, и со мной даже занимался знаменитый художник-постановщик Михаил Карташов. Мама подводила к подарку каждого, кто оказывался в доме: «Это Алешенькина картина».

В 1978 году мы переехали на Поварскую, тогда — улицу Воровского, под бок Театру Киноактера, в дом, принадлежавший Министерству среднего машиностроения.

Из этого дома я ушел к первой жене. Маша была из семьи военных, работала редактором в издательстве. Когда поняли, что дело идет к свадьбе, просто привел ее в дом познакомить с родителями. Они обрадовались. Сколько себя помню, никогда не давали понять, что кто-то из моих знакомых им не нравится. Мы всегда уважали выбор друг друга. В 1984-м родилась дочь, которую назвали Людмилой. Другого варианта имени для меня просто не существовало. Мама была горда.

Жили мы с Машей в квартире ее родителей — те большую часть года проводили на своей генеральской даче, — но жили непросто. Хотя в общей сложности брак продлился десять лет, с первых дней стало понятно: мы с женой, как принято говорить, не сошлись характерами. Но я не мог представить жизни без ежедневного общения с дочкой.

Решившись-таки на развод, вновь вернулся на Поварскую.

В семье не принято было друг друга жалеть. Возможно, оттого и пришел к музыке, что, потеряв зрение, начал воспринимать мир на слух

Первое время места себе не находил, тосковал по Люсе. Родители расспросами не донимали: старались не бередить рану.

А еще через несколько лет мама преподнесла мне нежданный подарок — познакомила со Светланой. Света работала помощницей председателя совета директоров компании ЮКОС Сергея Муравленко. Когда создавался Фонд губернаторов «Регионы России», приглашала известных артистов на «круглый стол». В том числе позвала и родителей.

Света вспоминает, что мама сразу положила на нее глаз. Как-то услышала за спиной разговор мамы и Клары Лучко.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или