Полная версия сайта

Людмила Власова. Ромео и Джульетта холодной войны

«Лайнер третьи сутки стоял на поле аэропорта. Американцы надеялись, что я соглашусь остаться в США со своим мужем».

Спустя два года я вышла замуж. «Как мне нравится Статник!» — говорила мама, слушая оперных исполнителей. И Юра стал моим мужем

Талантливая танцовщица Ева Евдокимова предложила Саше стать ее партнером на гастролях в Западном Берлине. Мы оба были счастливы, что-то планировали. Со мной в Германию должен был ехать директор театра, чтобы заключить с Годуновым контракт. Генерал, который приходил ко мне, сказал: «Вы поселитесь в Восточном Берлине, а Саша будет к вам приезжать».

И тут мне позвонил кто-то из знакомых: «Прочти статью!» В публикации рассказывалось о спортсмене, который захотел остаться на Западе, а потом вдруг решил вернуться в СССР. «А не думаешь ли ты, — сказали мне друзья, — что он вернулся не по собственному желанию? Что если наши увезли его насильно?» Меня словно парализовало от мысли: а вдруг, когда Саша поедет ко мне в Восточный Берлин, его задержат и силой привезут в Союз?

Конечно, хотелось думать, что со мной такого не произойдет, я на особом положении, исключение из правил. Генерал ведь передавал мне бла­годарность самого Андропова за возвращение на родину. А вдруг обманут, используя меня как приманку? Я же себе никогда этого не прощу.

Когда Саша позвонил, я сказала, что боюсь за него и в Германию не поеду. Голос генерала в разговоре со мной после этого стал холодным как лед. А Саша решил: «Тогда мы пойдем другим путем».

После этого мне лишь один раз разрешили съездить за границу с Большим театром — в Польшу. Поляки, соблюдая договоренности с советскими спецслужбами, следили за каждым моим шагом, но не раз намекали: «Мы все что угодно для вас сделаем».

Саша звонил, просил, чтобы я любыми способами добралась до американского посольства, там меня уже ждали. Ответила ему: «Саша, я этого не сделаю».

Он согласился бесплатно выступать в Израиле за обещание сделать для жены приглашение. Было и грустно, и смешно, когда в Земле обетованной у меня внезапно обнаружилась «тетя» Белла, которая с нетерпением ждет «племянницу» в гости.

«Саша, зачем ты это делаешь?» — спрашивала я.

«Я весь мир переверну, все сделаю, чтобы ты была со мной...» — из-за океана мне передали от него письмо, в котором были эти слова. А я с теми же людьми отослала ему крестик, который Саша забыл надеть перед поездкой в Америку.

Получив его, он больше с ним не расставался.

Все остальные Сашины вещи я отдала его маме. Пригласила Лидию Николаевну, чтобы она могла забрать из квартиры все, что ей захочется, в память о сыне, которого она могла больше никогда не увидеть. Попросила только не трогать мою прикроватную тумбочку, в ней хранился тот самый Сашин дневник. Как же я жалею теперь, что не взяла его с собой! Я ведь оставила Лидию Николаевну наедине с Сашиными вещами, а сама поехала к маме, чтобы не мешать. С тех пор дневник пропал. Лидия Николаевна с первых шагов сына в балете собирала о нем все — любую заметку в газете, каждое упоминание...

Мы с Сашей не смогли перевернуть мир. И спустя два года я вышла замуж.

«Боже, как мне нравится Статник!» — говорила моя мама, слушая по радио выступления оперных исполнителей на международном конкурсе. Юра, которого после этого взяли в Большой, и стал моим мужем.

А у Саши начался роман с Жаклин Биссет. Говорили — он искал похожую на меня.

«Она хотя бы европейка, умница по сравнению с этими дурами американками», — делился со мной по телефону Саша.

Когда Большой гастролировал в Штатах, он пришел с красавицей Жаклин на спектакль и остался на прием, где выпил лишнего.

— Саша, это твоя жена? — спросил кто-то.

— Нет, моя жена в России! — ответил громко Годунов.

Он продолжал пить, и Жак­лин стала упрашивать его уйти с банкета.

— Заткнись! — рявкнул он по-русски.

У Саши был трудный характер, ей с ним было тяжело. «Только Мила могла удержать его в рамках железной рукой», — утверждали знакомые.

Балетные рано уходят на пенсию, вот и я, расставшись с Большим театром, стала хореографом в фигурном катании — в команде Натальи Линичук. Работала с Крыловой и Федоровым, Грищук и Платовым, Анисиной и Авербухом, потом с Ильей и Ириной Лобачевой. Позже меня пригласили поработать в Италию, очень люблю эту страну. Моя пара — Барбара Фузар-Поли и Маурицио Маргальо — стали чемпионами мира.

Сейчас взяла еще и ребят из России — Лену Ильиных и Никиту Кацалапова, которые, первый раз выйдя на лед чемпионата мира среди юниоров, завоевали «золото». Но это уже дела сегодняшние...

В самом начале моей ледовой карьеры, когда наступила горбачевская Перестройка и открылись границы, я стала выезжать с ребятами на соревнования.

«Я тебя видел по телевизору! — звонил мне Саша. — Ты по-прежнему самая красивая».

Он тогда забросил балетную карьеру и начал сниматься в Голливуде. Сыграл в детективном фильме «Свидетель» с Харрисоном Фордом, потом в «Крепком орешке» с Брюсом Уиллисом. День был расписан по минутам. И тем не менее он выкраивал время, чтобы посмотреть фигурное катание: не мелькнет ли где Милочка?

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или