Полная версия сайта

Ирэна Высоцкая. Мой знаменитый брат

«Дядя Сеня ворвался в нашу квартиру: «Лешка, я только что с Лубянки, заявил, что мой сын женился на иностранке!»

Перед отъездом заглянули к дяде Сене и тете Жене. Хозяина долго не было — он уехал к Володе. Прождав несколько часов, отправились домой и уже во дворе столкнулись с Семеном Владимировичем.

— Сеня, на тебе лица нет! — бросилась к деверю мама. — Что случилось?

— Вовка совсем плохой, — еле слышно прошелестел он. — Но все равно хохмит: «Не боись, папа, не помру». А эти — с пустыми, словно у черепов, глазами — рядом, рядом... Вьются как коршуны над добычей...

Известие о смерти Володи застало меня и маму в Керчи.

Выехать немедленно в Москву нечего было и пытаться: июль — разгар отпускного сезона. Смогли прийти только на Володины сороковины. Марина подошла к маме, взяла ее за руку: «Володя вас очень любил и уважал. Я тоже бесконечно вас люблю. Преклоняюсь перед вами...»

В течение нескольких лет после ухода Володи Марина, приезжая в Москву, непременно звонила маме: справлялась о здоровье, рассказывала о своих сыновьях. Потом звонки прекратились. Возможно, Влади посчитала, что в ее споре с родственниками покойного мужа из-за наследства, из-за надгробного памятника мы поддерживаем «противоборствующую» сторону.

Дяди Сени не стало в 1997 году, тети Нины — в 2003-м. Мы с мамой общались с обоими до их последнего дня.

Любимая Володей «тетя Шурочка» умерла три года назад. И проводить ее достойно в последний путь помогли по­клонники Высоцкого. Восемь лет мама тяжело болела, ее пенсии фронтовика-инвалида не всегда хватало даже на еду и лекарства. Я не работала, потому что не могла оставить ее одну и на час. Когда становилось совсем голодно, брала в агентстве пачку объявлений и бегала по микрорайону. Расклею с десяток — несусь домой, потом обратно на улицу. Когда мама умерла, в доме не было ни копейки. Одной из первых я позвонила Люсе Абрамовой. Наверное потому, что в памяти остались наши короткие встречи на похоронах тети Жени в 1988 году и юбилее дяди Сени в 1991-м, где Людмила показалась мне такой мягкой, понимающей, родной...

Услышав о смерти мамы, Люся поохала и деловито осведомилась, когда похороны.

— Не знаю.

Мне не на что даже гроб купить.

— Станет известно — позвони. Я приду попрощаться.

Уверена: обратись я к Никите — он бы не отказал. Ведь был уже случай, когда я, отчаявшись найти деньги на лекарство маме, позвонила ему и тут же получила сумасшедшую по тем временам сумму — сто долларов. И это при том, что в течение многих лет мы не общались. Я видела племянников малышами, незадолго до развода Люси и Володи, потом был провал на четверть века, а новые встречи — совсем уже взрослыми — случались при скорбных, не располагающих к беседам обстоятельствах: на похоронах тети Жени, Нины Максимовны, дяди Сени...

Видя мое отчаяние, подруга — такая же нищая, как и я, — предложила попросить помощи у поклонников Владимира Высоцкого. Мы вместе составили текст и поместили его на сайте памяти Володи. Через три дня у меня на руках было достаточно денег, чтобы похоронить маму. Укладывая на могильный холмик венок, я сказала: «Мамочка, это тебе от Вовки...»

Редакция благодарит за помощь в организации съемки мебельный салон Dоnghia.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или