Полная версия сайта

Вячеслав Манучаров. Исповедь влюбленного

«Я влюбился до беспамятства, а она даже не сразу запомнила, как меня зовут...»

Однажды столкнулся в «Останкино» с Борисом Берманом и Ильдаром Жандаревым, и те со мной демонстративно не поздоровались, обиделись.Я пародировал Жандарева в телешоу «Большая разница»

— Как я могу не знать человека, который собирается играть меня в кино?

— Мне советовали с вами не встречаться.

— Не удивлен.

— Но я все же очень хочу поговорить.

— О’кей, только для начала совершим небольшую экскурсию.

Мы сели в черный лимузин с тонированными стеклами и плюшевыми сиденьями и понеслись по ночной Москве. Въехали на какой-то пустырь, Разин распахнул дверцу, рядом возник незнакомец, молча подошел и поставил в салон саквояж. Автомобиль тронулся, Разин открыл саквояж, он был доверху набит долларами.

— Что это?

— «Ласковый май».

Мы проговорили почти до утра, потом встречались еще, колесили по «местам боевой славы». Андрей рассказывал: здесь караулил министра культуры, здесь впервые встретил Горбачева. Может, такого и не было, но истории звучали захватывающе правдоподобно. Разин покорял разбойничьей харизмой, представал передо мной великим комбинатором во всей своей красе. Когда мы расстались, я был полностью готов к роли.

То, что произошло после премьеры, трудно описать словами. Мне оборвали телефон фанатки «Ласкового мая» — дамы солидного возраста, положения и комплекции, которые через годы пронесли любовь к своим кумирам. Кто-то просил провести день рождения, кто-то — свадьбу дочери, кто-то умолял просто посидеть в ресторане.

Все это — за приличный гонорар, разумеется. Меня узнавали на улице, подходили, говорили лестные слова. Но у медали, как водится, обнаружилась и другая сторона.

В тот момент у меня были пробы на главную роль в фильм Алексея Балабанова «Морфий». Как каждый нормальный артист, мечтал сняться у этого режиссера, с нетерпением ждал решения. Потом не выдержал, позвонил его ассистентке, та огорошила:

— Хоть ты и нравишься Балабанову, я даже знакомить вас не стану.

— Почему?

— Потому что ты — Разин и останешься им до седин.

— Вы с ума сошли! Я Слава Манучаров.

— Боюсь, у тебя и на могиле напишут: он сыграл Андрея Разина.

И желанная роль уплыла.

На премьере «Ласкового мая» я познакомился с будущей женой. Мы стали часто видеться. Чем ближе ее узнавал, тем больше влюблялся. Сегодня она может это отрицать, но мы очень похожи: характеры у нас сильные, мысли о жизни трезвые. Когда встретились, она оканчивала мединститут. У нее потрясающая семья московских интеллигентов — врачей. Отец известный на всю столицу гинеколог. Девушка понравилась моей маме. Ничто не мешало нам отправиться в ЗАГС.

День, когда жена позвонила и объявила: «Слава, по-моему, у нас будет ребенок», стал самым счастливым в жизни.

Я тут же бросил все дела, отпросился со съемок и примчался к ней. Подкидывал в воздух положительный тест на беременность, прыгал и кричал: «Все у нас будет хорошо!»

И даже не предполагал, что в короткой истории нашей молодой семьи наступает тяжелейший период. Это сейчас я понимаю, что должен был каждую свободную минуту находиться рядом с беременной женой, не реагировать на ее плохое настроение, потому что это всего лишь выплеск гормонов, поддерживать, проявлять понимание. Но как раз в тот момент на меня обрушился поток интересных предложений: телешоу «Большая разница», «Лед и пламень», съемки в комедии «Любовь-морковь 3» и много чего еще. Я знал: откажусь от чего-то сегодня — завтра могут вообще никуда не позвать, такова уж актерская доля.

Хватался за все. Не пренебрегал и светской жизнью, потому что на любом мероприятии — премьере, фестивале — велика вероятность завести полезные знакомства, оказаться в нужное время в нужном месте. И я закрутился...

А жена сидела дома и копила обиды. Как только я появлялся — разгорались скандалы, ссоры, сыпались обвинения. Мы перестали друг друга слышать и понимать. Не стану вдаваться в подробности конфликта, который привел к разрыву, потому что не хочу, чтобы спустя несколько лет это прочла моя маленькая дочка. Мне есть на что обижаться, и бывшей жене тоже, но винить мать своего ребенка я не могу. Скажу лишь, что мы с женой друг друга очень сильно изранили. Истина проста и стара: от любви до ненависти один шаг. И он был сделан. А партнерства, которое способно на долгие годы скрепить супружеский союз, не возникло, нам не хватило мудрости.

Когда жене пришло время рожать, холодная война между нами была в полном разгаре.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или