Полная версия сайта

Дарья Юргенс. Больше никогда

«Роман c Шевчуком нанизался на мою с Женькой историю. Выплакав все слезы с Дятловым, я приняла все гораздо спокойнее».

Все время убегала куда-то, к подружкам или просто на улицу, подышать свежим воздухом. Потому что рядом с Петей я задыхалась.

«Иди, конечно...» — говорил Журавлев, видя, как моя рука тянется к вешалке за пальто.

А сам оставался с Егором и делал с ним уроки. Каждый раз, возвращаясь к Пете, я думала: «Только бы не пожелать человеку, который сделал для меня так много, чего-то плохого. Только бы не начать его ненавидеть!» Вот к чему приводит жизнь даже с самым идеальным мужчиной, если нет любви. Особенно тяжело стало после Америки, где снимался «Брат-2».

К Балабанову я попала совершенно случайно. Ходила на разные пробы, стеснялась, зажималась ужасно, и ничего не складывалось.

Я им: «Чего изволите?» — а меня не берут, унизительно как-то. Чувствовала себя пресмыкающимся. А потом решила: «Надоело унижаться!» И на пробы картины «Про уродов и людей» пришла в совершенно другом настроении.

— Ты, вообще, жвачку-то выплюнула бы... — попросил Алексей Октябринович.

— Хочу жевать и буду, — ответила я.

Балабанов специфический человек. Именно такое поведение произвело на него впечатление. Тем не менее он виду не показал, разговаривал со мной холодно.

— Кино наше нравится?

— Не нравится.

Дарья Юргенс

Леша на меня странно так взглянул и говорит:

— На, посмотри, — и протянул две кассеты со своими фильмами — «Брат» и «Замок» по Кафке.

Кино на меня действительно всегда производило ужасающее впечатление. Признаю три ленты — «Пролетая над гнездом кукушки», «Тельма и Луиза» и «Летят журавли». Под Тарковского засыпаю, не могу досмотреть. Понимаю, что «Ностальгия», наверное, очень хорошее, атмосферное кино, но Олег Иванович Янковский так долго идет со свечой, я уже все поняла и атмосферу оценила, а он все идет. Сколько ж можно?!

С Балабановым мы расстались никак. Он сказал:

— Все.

— Ну и до свидания, — ответила я.

Ассистент по актерам догнала на пороге: «Даша, вы только не обижайтесь, вы очень хорошая актриса».

Я уехала в Мариуполь, а вернувшись, узнала, что меня утвердили. Пока снимали «Про уродов и людей», Леша спросил:

— Хотела бы сыграть в «Брате-2»? Люди просят продолжения.

— Хотела бы.

— А налысо пострижешься?

— Даже без разговоров.

— Вот и ладно.

На съемках «Брата-2» мне здорово помогали Сережа Бодров и Витя Сухоруков.

А режиссер вообще не помогал.

— Сейчас будет очень сложная сцена, ни х...ра ты ее не сыграешь, — говорил Леша.

— Как так?

Привыкла, что Семен Спивак артистам все показывает — просто и понятно. А пойди пойми, чего хочет Балабанов.

— Вот так сделай, — говорил он, гримасничая.

Я повторяла и слышала:

— Чего ты творишь-то?!!

Бодров тут же мчался заступаться:

— Что ты на нее орешь? У нее вторая картина за всю жизнь.

И переводил мне «с балабановского», что требуется сделать.

Они с Лешей друг друга понимали с полуслова.

— Сделай как я люблю, Сережа, — говорил Балабанов.

— Понял, — отвечал Сергей.

Мы с ним в Америке ходили в разные рок-н-ролльные места, блюз- и джаз-клубы. Самые настоящие «тамошние» украинские бандиты нас сопровождали. Сережа был нормальный, не такой, как его герой Данила Багров. Интеллигентный, много знающий и очень хороший. Когда я его первый раз увидела, ощущение было, что мы уже давным-давно знакомы, с детства... И с Надей, женой Балабанова, мы подружились и часто беседовали по душам. Как-то призналась ей: — Знаешь, я совсем не скучаю по Пете.

— Плохо.

Я и сама понимала, что нехорошо.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или