Полная версия сайта

Женя Дюрер: «Секс с Виктором Ерофеевым»

«Виктора Ерофеева волновал секс. Только секс. Я смеялась над этой странной зависимостью».

Неделями жил на даче: «В тишине мне лучше пишется». Я, конечно, не возражала: работа для писателя — прежде всего. Музы к нему слетались туда не только в переносном, но и в прямом смысле. Виктор возил на дачу множество женщин, я узнала о них, когда Ерофеев в очередной раз попросил настроить его мобильный. В нем вперемежку с Майкиными фотографиями были изображения женских гениталий с раздвинутой пальцами плотью. Так он увековечивал свои победы на сексуальном фронте. Благодаря этим фотосессиям я стала постоянным пациентом гинеколога. Каждый раз она меня встречала вопросом: «Что, опять была близость с мужем?».

Меня не покидало ощущение тревоги, каждую минуту ждала: сейчас разразится очередной скандал.

Девять лет на птичьих правах.

Завтра, случись что, окажусь на улице. Однажды, когда меня уже начала сводить с ума фраза «Ну, что я тогда сказал, ну, повтори!!», я стала записывать его претензии на диктофон, чтобы иметь возможность повторить приказание Ерофеева дословно. Недавно прослушала — ужаснулась. Паутина гадости, липкое болото абсурда.

Виктор мечтал о секс-игрушке, а не о равноценном партнере. Сейчас у меня уже есть четкая формулировка — «сосать за бабло». Звучит грубо, но суть передает точно. Все, что от меня требовалось, — сосать. И была бы в шелках и брильянтах.

Но я не умею без желания. Механически. Понятно, что сложного ничего нет, но тогда я бы перестала уважать того, кто меня к этому принудил. Виктора не хотелось не уважать. Сосать за бабло я не могла. И ни денег, ни мехов, ни бриллиантов от Ерофеева не видела. Хотя Виктор человек небедный: ведет еженедельную телепередачу «Апокриф», издает книги, публикует статьи здесь и за рубежом.

Денег постоянно не хватало. Вот яркий пример. Я только родила, Майке было месяца три, сидела дома, куда ж от нее? Виктор — за кормильца. Октябрь. Холод. Отопление еще не включили. Я в двух свитерах, Майка — без теплого одеяла. «Завтра съезжу в банк, сниму деньги и куплю», — обещал Ерофеев.

«Завтраками» он кормил неделю, и я выпустила пар в Интернете. На форуме ведь всегда ответят, посочувствуют.

Пожаловалась... Мне же потом и аукнулось. На книжной ярмарке к Виктору подошла незнакомая женщина и протянула с укором деньги: «Купите уже ребенку одеяло!»

Домой Виктор приехал в бешенстве: «Как ты могла? Ну вот зачем ты это написала?»

Мне нужен был нормальный заработок, раз уж семейный бюджет так нестабилен и дыряв. С помощью Виктора, надо отдать ему должное, мои фотографии стали публиковаться в западных газетах и журналах, часто они иллюстрировали его эссе. За съемку мне причитался пусть скромный, но гонорар.

«Давай переводить его на мой счет во Франции, — предложил Ерофеев, — так будет проще, чем ждать чеки». Но когда я попросила отдать мне мои деньги, Ерофеев ответил: «Ну, ты же должна вносить свою лепту в семейный бюджет, ты же здесь живешь, ешь».

На мне было легко экономить.

Вот как проходил у нас шопинг. В Париже мы ехали в Латинский квартал, в скромный магазинчик мужской одежды к давнему знакомому Ерофеева месье Ренару, который делал Виктору хорошие скидки. Прежде всего одевали его, ведь он — «лицо из телевизора», ему нужно прилично выглядеть. Я настаивала на этом. Не знаю, как сегодня, но еще год назад потратить пятьсот евро на костюм было для Ерофеева непозволительной роскошью. В такую сумму должна была входить стоимость не только костюма, но еще рубашки и свитера. Где-то триста евро выделялось на ботинки. Когда вставал вопрос об обновлении моего гардероба, Виктор обычно разводил руками: — Все, деньги кончились.

Но ничего, ты молоденькая, тебе не нужно много платьев. И вообще, для кого я тебя должен наряжать?

— Для себя! — сердилась я. — Когда мы куда-то выходим, я должна быть достойной оправой такому брильянту, как ты, это же твоя репутация!

— Ну ладно, вот тебе сто пятьдесят евро, на NAF NAF хватит.

Несколько лет это прокатывало, скромненько одетая жена Ерофеева выезжала на своей молодости, потом ситуация стала просто неприличной. Я поняла, что должна сама позаботиться о своем гардеробе. Подружилась с дизайнером Ириной Селицкой, потом с Максимом Черницовым, рисовала модели, шила у них по своим задумкам. С Максом было вообще волшебно, его коллекции мне подходили и по идее исполнения, и по цене, а иногда он даже позволял взять что-то из шоу-рума, если было какое-то особенное мероприятие.

Появилась работа на Первом канале, сначала у Разбаша в «Прости», потом, после родов, в «Малахов +» и «Модном приговоре».

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или