Полная версия сайта

Оксана Акиньшина. Водовороты любви

«Воробьев! Влюбилась! — с ходу поставил диагноз Роман в первый же день нашего знакомства с Лешей».

Я и рада была бы стараться подстроиться под литвиновские представления в одностороннем порядке, но всю отпущенную мне природой жертвенность, так необходимую для любой женщины, я истратила в прошлом. Надеюсь, не навсегда. Но в тот момент я не могла быть до конца чьей-то. Честно — пыталась. Ради сына. Я не пила и не курила, была максимально спокойной и адекватной, чего нельзя сказать о Диме. Мне хотелось от супруга решения каких-то бытовых мелочей, ответного спокойствия и вменяемости.

Но желания жертвовать не было и у Димы. Его любовь ко мне на глазах трансформировалась в нечто странное: он любил меня в себе и для себя. Нет, у влюбленных всегда в той или иной степени сносит голову. Но это может быть приятное легкое опьянение, в котором скользишь и вальсируешь над паркетом вместе с предметом обожания.

А бывает более тяжелая степень, когда сам сидишь на ж..., скрестив ноги, но упорно хочешь заставить любимую женщину плясать под свою дудку.

И человек в этом состоянии не желает видеть ничего вокруг, кроме какой-то ему одному понятной цели. Вот я люблю именно этот компот, и пока этот компот не выпью — не успокоюсь. Ему говорят, что есть же еще десять вариантов отличного, вкусного компота. Нет, подавай ему этот! Но этот компот пластиковый, ты что, не видишь, это муляж. Нет, хочу и все!

Я еще пыталась цепляться за малейшие крючочки, но иллюзия семейного благополучия таяла на глазах. Литвинов в затуманенном сознании долбил и долбил в одну точку, как дятел, настойчиво и монотонно. И продолбил такое отверстие, через которое со свистом улетучились все мои благие намерения.

Передавил. Я, как пружина, в какой-то момент резко выпрямилась, чувствуя, что задыхаюсь. Еще немного — и потеряю себя как женщина, как личность. И я уехала в Питер.

Это я долго сказку сказываю, на самом деле наши отношения с Димой Литвиновым закончились едва начавшись, разошлись мы в первый месяц беременности. Встретились снова за две недели до рождения сына — я прожила все это время в Питере фактически одна. Но это не спасло ни меня, ни Филиппа, уединиться у нас не получилось.

Сколько себя помню, внутри у меня всегда была бомбочка с изрядным количеством взрывчатого вещества. Не знаю, досталась она мне от рождения или заложена была какими-то другими способами.

Но она с детства взрывалась от малейшей детонации. Беременность же провоцирует гормональные взрывы даже у самых спокойных женщин. Уехав от мужа, я вынуждена была проводить время в бесконечных телефонных разборках и скандалах с ним. Вместо наслаждения кайфом материнства, ожиданием рождения первого ребенка я находилась в постоянном непрекращающемся треморе и депрессии. Бедный Филипп! И я прекратила всякое общение с Литвиновым. Поставила точку. Оказалось, многоточие.

Когда я абстрагировалась на время от внешних помех, наконец уединилась со своим пузом в относительном спокойствии, кто-то вдруг включил некий внутренний инстинкт, подсознательное женское начало. Может, Филя, который во мне рос. Вдруг стало ясно, что эту бьющую через край радость невозможно разделить ни с мамой, ни с подружками, ни с кем другим — только с отцом ребенка.

Захотелось еще раз попытаться наладить какие-то нормальные человеческие отношения.

В итоге за две недели до родов наш папа приехал к нам в Петербург. И как-то неожиданно все стало о’кей. Дима вроде бы что-то понял, мне даже показалось, что в нем возникло искреннее стремление учитывать и мои желания. Я успокоилась. Было лето, было солнце, было перемирие. И родился наш сын. В этот момент мы были все вместе, втроем.

Рожала я долго, больше суток. Бесспорно, рождение ребенка — это счастье! Такое естественное чудо, но вместе с тем загадочное и таинственное. Подозреваю, что это многих удивит, но меня поразил не сам факт появления ребенка, а весь процесс родов, мучительный и прекрасный.

Только вот не надо обвинять меня в мазохизме! Цимес не в болевых ощущениях, а в том, какие невероятные эмоции ты проживаешь под этой болью. Я просто очень остро чувствовала все мистические процессы, происходящие внутри меня. Это непередаваемо! Весь кайф в ожидании чуда, в непосредственном участии его явления... не знаю, с чем сравнить. Спросите у верующего человека или у священника, что такое Божья благодать, — он не ответит! Каждый ее переживает по-своему.

Невозможно объяснить, но нереально круто! Наверное, что-то похожее могут переживать музыканты, не все, настоящие, когда сочиняют музыку, — вряд ли что-либо прекрасное можно родить без мук! Как бы я хотела писать музыку, но раз уж не пишу, то ради того, чтобы снова и снова пережить то, что испытала, я бы рожала и рожала каждый день.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или