Полная версия сайта

Оксана Акиньшина. Водовороты любви

«Воробьев! Влюбилась! — с ходу поставил диагноз Роман в первый же день нашего знакомства с Лешей».

Утро было туманным. Но это не помешало понять, что мы совсем разные люди, что во всем полнейшая несовместимость жизненных установок. Вот это те отношения, в которых наступает утро, что, впрочем, очень банально и случается со многими парами.

И в первый раз моя пятая точка, предчувствующая не самые приятные приключения, дала сигнал, что нужно бежать, еще за неделю до свадьбы. Обычно я прислушивалась, а тут подумала: «Может быть, ну ее и правильнее, наконец, послушать маму. Она так хочет, чтоб дочь вышла замуж и стала как все. Может, пришла пора переломить себя? Все ж так делают, и у кого-то получается».

И мы сделали это — мы поженились. Как-то все вышло играючи-припеваючи, в порыве эмоций, веселья и мохито. Да и предложение руки и сердца — это был этакий крутой кураж: «А давай на спор поженимся?» — «А давай!» — «По рукам?» — «По рукам!» Ну и докуражились.

Решение не было для меня ни серьезным, ни ответственным, а само событие ни значительным, ни торжественным — я никогда, как бывает у девочек, не мечтала о свадьбе, о замужестве. Не было этого в моих детских грезах. Замуж я выходила в джинсах, в кроссовках, в порыве легкомысленного задора, с желанием просто испытать что-то новенькое. Не то чтобы у меня не было к Литвинову чувств — не так. Дима как-то вовремя оказался рядом в момент всяких моих переживаний. Я сломала руку, он очень заботился обо мне, это было необычно.

До сих пор приходилось все тащить самой — и за себя, и за «того парня». Поначалу непривычное внимание даже раздражало, но он терпеливо сносил мои взрывы и никуда не девался — и я поддалась естественной женской слабости. Благодаря Литвинову я смогла-таки научиться получать помощь и поддержку. И приняла это за любовь. А тут еще стали наслаиваться какие-то события, которые так или иначе давали продолжение чувству, закручивали узелки в цепочку нашей совместной жизни.

Перед свадьбой мы провели прекрасные дни на Сицилии и из этой волшебной сказки приземлились в жесткую повседневность. Это был очень крутой вираж, к которому ни я, ни Дима оказались не готовы. Мы оба совершенно не способны были справляться с бытом, какими-то посудами, мебелями, коммунальными и прочими обычными для всех людей проблемами.

Для нас это был шок.

Потом я забеременела — судьба все решила. Я поняла, что продолжавшие поступать сигналы о том, что Литвинов — не мой человек, надо засунуть туда, откуда пришли. У нас будет ребенок. И этим все сказано. Но сказать легче, чем сделать.

Дима продолжал отучать меня от стремления быть самой по себе и так в этом преуспел, что в какой-то момент сделал домохозяйкой, домработницей — всем, кем угодно, но с приставкой «дом». Это убило весь мой жизненный кислород, без которого я жить не могу. Сам он постоянно работал, уезжал, приезжал. Я же, вынашивая ребенка, отказалась от многих проектов. Моя жизнь превратилась в нудное сидение дома, дошло до того, что я целыми днями не выходила на улицу. Наверное, есть женщины, которым это по душе и по силам, но я начала сходить с ума.

У Литвинова были представления о том, какой должна быть жена, близкие к библейским, а вот в понятиях об обязанностях мужа перед женой был явный пробел.

Воспитанный горячо любящей мамой, он слишком зациклен на себе. Место для женщины вполне определенное — она может стать для него дорогой, но не дороже его собственной жизни.

А я-то знала уже, что любовь — это жизнь-для-другого, я так любила. И если бы я встретила Сережу сейчас, наверное, все могло сложиться иначе. Но я его встретила подростком. И невозможно от пятнадцатилетней девочки, что бы в ней ни было заложено, требовать, чтобы она стала мудрой, терпимой, покладистой еврейской женщиной.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или