Полная версия сайта

Александр Асташенок. К тебе все дороги ведут

«Давай накроемся», — прошептала Лена и показала на тяжелую бархатную скатерть, которая осталась на сцене».

День накануне свадьбы мы провели в разъездах: отыграли несколько концертов в разных городах и в Москву вернулись только в восемь утра. Поехал к себе, Лена вместе с двоюродной сестрой Аней, которая работала на гастрольном туре костюмером, — к себе. Она так устала, что дома сразу легла на диван, отдохнуть. Аня на нее посмотрела и говорит:

— Слушай, новобрачная, ты сейчас больше похожа на новопреставленную!

А Лена ей:

— Саша что-то не звонит, наверно, передумал. Может, оно и к лучшему, у меня сил вообще нет, а вечером опять концерт. Хоть отдохнула бы пару часиков.

Я в это время драил свои «хоромы», чтобы вечером мы, молодожены, приехали в чистый дом.

Когда закончил уборку и позвонил, оказалось, что Ленка даже не начала собираться, сил нет. Запаниковал: «Ты что! Давай приезжай скорее, у нас же регистрация!»

Я в то время машину еще не водил, поэтому пришлось невесте ехать за женихом. Лена была в белом костюме — том самом, который в Прибалтике я так и не успел увидеть. Под пиджаком — красная рубашка. Не мог поверить глазам: на мне тоже была красная рубашка, только костюм черный.

Наша свидетельница, журналистка Оля Боровик, до последнего убеждала взять кинокамеру: «Сама все сниму, для потомков!» Но мы так привыкли к конспирации, что даже мысль о фото- или видеосъемке пугала. А вдруг журналистам удастся заполучить пленку? Сейчас же, глядя на невероятно красивую Лену, я решился:

— Оля, бери камеру!

Та расстроилась:

— Так ее надо было зарядить, что же вы заранее не предупредили?

А теперь насколько батарейки хватит, столько и останется у вас воспоминаний!

Сотрудница ЗАГСа нас узнала. Именно она принимала наше заявление и не скрывала тогда своего недовольства. Мол, все понятно: молодой человек без московской прописки и москвичка старше на тринадцать лет — классический фиктивный брак. Но мы смогли ее удивить. Когда она сказала: «Объявляю вас мужем и женой», мы с Леной обнялись и разрыдались. И тут камера выключилась — сел аккумулятор.

Сегодня источник моего вдохновения — дочка Вика

На концерт мы едва не опоздали. Никто нас не поздравлял, не дарил цветов и не желал долгой и счастливой жизни. Мы не закатили в этот день банкета и не пили шампанского на Воробьевых горах под крики друзей и родных «Горько!» Не могли себе ничего такого позволить — налетели бы папарацци, стали ходить по пятам...

Вечером, после концерта, приехали домой — хотели устроить романтический ужин, но так устали, что легли спать. Я подумал тогда: Москва многое нам дала, но многое и отняла. Никто не мечтает, чтобы его семейная жизнь начиналась так...

А через неделю после свадьбы, на гастролях в Херсоне, мы узнали, что ждем ребенка. Господи, какое это было счастье! Но о том, что скоро станем родителями, мы рассказали только на семейном торжестве в Ялте, в доме Лениного отца, куда приехали и мои родственники.

И началась семейная жизнь.

Мы продолжали вместе работать, и «притирки» избежать не удалось. На гастролях в Германии поругались очень сильно. Лена хотела зайти в какой-то магазин, я — нет, вот и вышла размолвка. Да такая бурная, что я развернулся и демонстративно ушел вперед. Был уверен, что жена бросится догонять. Но Лена догонять не стала, и когда оглянулся, ее не было, а я понятия не имел, как найти место, где мы расстались. Потом узнал, что Ленка бродила по улицам Кельна, плакала и даже думала развестись, раз уж я такой безответственный — бросил на улице беременную жену!

Я понимал, что очень ее обидел и надо просить прощения. Но как? Через час назначен общий сбор у Кельнского собора, нельзя же прийти и просто сказать «Извини, был неправ»!

Зашел, купил подарок, но все это было не то. Знаю — Лену может покорить только музыка. И появился план...

Ребята уже собрались у собора, а меня все нет.

— Где Асташенок?

Лена, надутая и обиженная, коротко отвечала:

— Понятия не имею.

И вот наконец появляюсь я — в сопровождении уличного музыканта. Тот подходит и, показывая на Лену, говорит по-немецки: «Сейчас я буду петь для этой девушки». И запел красивую романтическую балладу. Я молча протянул Лене коробочку с часами, которые купил ей в подарок.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или