Полная версия сайта

Последняя ночь Мэрилин

— Кино? Миллионы людей увидят трусы моей жены! — с яростью прошипел Джо, сплюнул и, круто развернувшись, ушел прочь.

Все это до мельчайших деталей повторяло ее первый брак. И Мэрилин подала на развод. Разве она могла представить, что их расставание доведет Джо до того, что он решит свести счеты с жизнью...

Джо во врачей не верил, но все же пошел. Пройдя курс психотерапии, он приехал к Мэрилин с букетом цветов и спросил, чем может ей отплатить. «Будь рядом». Джо тогда пожал плечами: мол, ну а как иначе?

Мэрилин поежилась. Все, что она увидела в психиатрическом отделении нью-йоркской больницы, прочно поселилось в ее ночных кошмарах. Тихая девушка, которая пыталась перерезать себе горло. Женщина, баюкающая несуществующего ребенка. Страшные крики, издаваемые существом, чей пол невозможно разобрать.

— Это существо было похоже на твою мать? — безжалостно выспрашивал Страсберг. — Может быть, на бабку, которая пыталась тебя задушить?

О бабушке, матери Глэдис, которая однажды в припадке безумия начала душить трехмесячную внучку подушкой, Мэрилин рассказала Страсбергу во время одной из бесед.

Мэрилин долго держалась, а потом взорвалась:

— Как вообще у тебя хватает наглости говорить со мной о больнице? Я там чуть не сошла с ума! Меня запирали, бесконечно заставляли раздеваться, трогали мое тело! Мне говорили, что я больна и закончу свои дни привязанной к кровати! А ты ни черта мне не помог! Если бы не Джо, эти так называемые доктора уже превратили бы меня в овощ!

Гасиенда в Брентвуде, где скончалась Мэрилин Монро, — уменьшенная копия поместья доктора Ральфа Гринсона. Незадолго до смерти она собиралась ее продать

Лишь через несколько минут она заметила, что Ли наблюдает за ней с очень довольным лицом.

— Ты возмутилась. Ты стала защищаться!

До сих пор она действительно умела лишь умолять, унижаться и просить прощения. Даже в самых громких своих истериках она обычно кричала: «Что я сделала? Я не хотела ничего плохого, почему вы так со мной обращаетесь?»

Глаза наткнулись на кривые строчки:

«<...> почему я обречена на эту пытку? или почему я чувствую себя человеком в меньшей степени, чем все остальные (я всегда чувствовала себя так, будто я существо низшее, почему; другими словами я хуже всех, почему?) даже физически — я всегда была уверена, что со мной что-то не так там — я боюсь сказать где, но я-то знаю где <...>».

Психиатры не раз говорили Мэрилин, что это типичное поведение человека, который в детстве стал жертвой сексуального насилия.

Ощущение грязи, от которой не отмыться. Чувство вины. Ненависть к себе. Уверенность, что ты достойна лишь самого плохого — потому что сама плохая.

Мэрилин посмотрела на портрет Джо ДиМаджио, стоящий на крышке рояля. Из всех, с кем сводила ее жизнь, только он никогда ее ни в чем не винил. И только его она никогда не разочаровывала.

«Вернись ко мне, и я буду счастлив, — сказал он месяц назад. — Давай снова поженимся. Давай попробуем еще раз».

Круг замыкается, подумала Мэрилин. Через несколько недель мы поженимся, и я снова стану миссис ДиМаджио.

Ее взгляд упал на торчащую из красной тетради фотографию. Боже, если Джо узнает, что случилось в ту проклятую ночь в номере отеля Лас-Вегаса...

Она схватила пузырек с транквилизатором, залпом проглотила несколько таблеток. Вспомнить подробности той ночи она не могла, как ни старалась, — видимо, была слишком пьяна и одурманена наркотиками. Аэропорт Лас-Вегаса, Синатра встречает ее у трапа частного самолета. Улыбающиеся Джек и Бобби Кеннеди. Один коктейль, второй... Она, спотыкаясь, идет в президентский люкс. Кивает Сэму Джанкане — все знают, что он один из самых влиятельных мафиози в стране, но ей плевать, к ней он всегда был добр. Шуршание сбрасываемой одежды, еще коктейль... А дальше провал.

Мэрилин рассматривала фотографию. Она не знала насилующих ее парней, зато людей, стоящих на заднем плане и наблюдающих за этой сценой, она знала очень хорошо. Особенно одного...

Найдя в почтовом ящике снимок, Мэрилин бросилась к Дину Мартину, кричала:

— Откуда взялась эта фотография? Зачем ее сделали? Кто эти мужчины со мной? Я помню, что была в номере с НИМ. Это был ЕГО номер. Как они там оказались?

— Откуда мне знать, — глядя в сторону, сказал Мартин.

— Ты сам говорил, Синатра тебе как брат и секретов у него от тебя нет. А еще я знаю, что хозяин в этом отеле — Фрэнк. Он и Джанкана. Фрэнк должен знать, что происходит в президентском люксе.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или