Полная версия сайта

Василий Ливанов. Повороты судьбы

Позвонила бывшая невестка: «Боря убил человека». Не помня себя, я закричал: «Боря не мог! Все из-за тебя!»

Ева, голодная, мокрая, заходится криком, а Катя, совершенно невменяемая, валяется на полу. Борька пытался привести ее в чувство, поливая холодной водой, — она даже глаза не открыла. Лежит, бормочет что-то в пьяном бреду». Рано утром Лена уехала на работу, а очнувшаяся только к обеду Катя с удивлением узнала, что свекровь, оказывается, весь вечер и всю ночь провела у них: мыла внучку, лечила опрелости, кормила, укачивала.

В один из мартовских дней 2003 года Боря позвонил домой: «Папа, я здесь больше не могу! Приезжайте за мной!»

Мы с Колей — в машину и на Рязанку. Остановились напротив подъезда, набрали номер Бориного мобильного: «Спускайся».

Сын показался в дверях буквально через минуту — видимо, ждал звонка на лестничной площадке.

Я укладывал его вещи в багажник, когда увидел выходящую из подъезда странную собаку. Присмотрелся и понял, что это Катя. На четвереньках спустилась по ступенькам крыльца и завалилась в сугроб.

По дороге Боря рассказал, что его заставило позвонить. Рано утром сын проснулся от гула голосов. Вышел на кухню и увидел жену в компании бомжацкого вида мужиков. Судя по количеству пустых бутылок и тому, что все были пьяны до невменяемости, Катя привела гостей еще вечером — как только муж заснул.

Прошло несколько дней, и Борис вернулся к Кате...

Когда Еве исполнился годик, Лена забила тревогу: с девочкой что-то не так!

Она неправильно, с неестественным выворотом ставит ножки, а еще не гулит, не пытается повторить какие-то звуки, не реагирует даже на громкие шумы.

«Что вы наговариваете на ребенка?! — огрызалась Катя. — Не надо никаким врачам ее показывать! И с ногами у нее все в порядке, и заговорит, когда надо. У меня вон Машка до пяти лет молчала, а потом не знали, как заткнуть».

И все-таки, вопреки Катиной воле, мы повезли внучку по врачам, провели полное обследование. К несчастью, наши опасения подтвердились: кроме двусторонней дисплазии тазобедренных суставов у малышки обнаружили полную глухоту. Чтобы выяснить причину болезни, отоларингологи попросили нас съездить в роддом — привезти выписки из карт Кати и Евы. Врачи родильного дома сразу пошли в наступление: «А чего вы хотели, когда у мамаши был целый букет болезней и мы, защищая ребенка от внутриутробной инфекции, были вынуждены колоть роженице сильнейшие препараты!»

Теперь нам стало понятно, почему Екатерина не хотела, чтобы мы показали Еву врачам.

У храма нас ждала тройка. Усевшись в экипаж, мы покатили через всю Николину гору

Боялась, что ее прошлое выйдет наружу...

Узнав о причинах глухоты Евы, Боря испытал шок. Взял дочку и уехал с Рязанки на квартиру своей покойной бабушки — Лениной мамы.

Теперь я, жена и Боря занимались только Евой. Едва ли не каждый день ездили в ортопедический центр имени Зацепина, где девочке делали массаж, физиопроцедуры, занимались специальной гимнастикой. Параллельно готовили к очень сложной операции по установке в костную ткань черепа титанового имплантата-проводника, на который потом крепится миниатюрная внешняя часть слухового аппарата.

Операцию Евочке как инвалиду первой группы сделали бесплатно, а аппарат — самый лучший — купили мы с Леной. Теперь внучке нужно было учиться различать звуки. Пришлось устроить Еву в специализированный детсад с круглосуточным пребыванием, но каждые выходные мы или Борис забирали девочку домой, а зачастую и в будни — на ночь. Утром везли внучку в садик, на занятия с сурдопедагогом, в обед ехали в Научно-практический центр аудиологии и слухопротезирования, оттуда — скорее опять в детсад, чтобы успеть к вечерним занятиям. Понемногу Ева научилась различать звуки, а потом и заговорила! Господи, какое же это было счастье! Никаких трудов, времени и денег не жалко!

Катя дочерью и ее здоровьем не интересовалась. Зато написала заявление в суд на лишение Бориса родительских прав. Ей отказали. А сын подал на развод. По мировому соглашению суд оставил Еву с ним. Главным аргументом против того, чтобы девочка жила с матерью, стало ее беспробудное пьянство. Впрочем, по согласованию с отцом Катя могла брать дочку на выходные и каникулы.

Вряд ли эта женщина мучилась разлукой с дочерью, однако несколько раз — не известив ни нас, ни Бориса — пыталась увезти Еву из детского сада. Исключительно для того, чтобы заманить к себе Бориса. Но поскольку в учреждение наша бывшая сноха являлась нетрезвой, девочку ей не отдавали. И тогда она звонила нам. В трубке стоял сплошной мат, самыми литературными словами, коих мы с женой удостаивались, были «твари» и «сволочи».

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или