Полная версия сайта

Лайма Вайкуле: «Не верьте, что умирать не страшно»

«Я прошла через это. Неотвратимость конца порождает ненависть. Даже к дорогим и любимым».

И еще она все время присылала лекар­ства. Не знаю какие. Я не собиралась их рассматривать. Мне тогда не нужны были лекарства. Но, может, у нее было предчувствие в отношении меня? Ведь все это происходило накануне поезд­ки в Америку, во время которой я действительно серьезно заболела…

Не верьте тем, кто говорит, будто умирать не страшно. Страшно. Я знаю, потому что прошла через это. Неотвратимость конца порождает ненависть. Даже к дорогим и любимым. Они проявляют сочувствие, но при этом по­глощены своими мелочными, сиюминутными делами и заботами. И тебе кажется, что ты отделена от них невидимой, но непробиваемой стеной, оставлена один на один с той, что так часто приходит вслед за страшным диагнозом...

Только на Андрея не распространялась моя ненависть. Потому что его боль была равна моей.

«Не бойся, — говорил он. — Если все безнадежно, мы просто сядем с тобой в машину, разгонимся и врежемся в стену».

Когда пришла в себя после наркоза, сразу стала искать взглядом Андрея, чтобы прочитать по его глазам: как, хорошо или...

Перед операцией мне задали вопрос: «Кто вам потребуется, когда очнетесь, — психолог или священник?» Я отказалась и от того, и от другого. Хотела справляться сама. Зачем мне чужие люди? Но потом поняла, что зря это сделала. В одиночку выживать труднее. Операция — это ведь только первый этап, а дальше еще десять лет леденящего душу страха перед каждой проверкой.

Я всегда уважительно относилась к религии, но не более того.

Когда же подруга, навестившая меня в больнице, спросила, что принести почитать, сама удивилась своему ответу: «Библию».

«Если бы ты была верующей, было бы не так страшно», — сказал мне крестный, владыка Виктор.

А потом случилось так, что он тоже заболел. Лечили его, как и меня, за границей. С нетерпением ждала его возвращения, чтобы узнать:

—Ты боялся?

—Очень, — ответил он. — Но я не сомневался, что жизнь продолжится, не знал только, где мне суждено быть.

Теперь я читаю много книг на эту тему, но до сих пор не знаю, как подготовить себя к переходу, к тому, что ты будешь где-то еще, но уже не здесь...

Как-то спросила крестного:

—Почему во мне была такая ненависть?

—Это испытание.

Ты или не выдерживаешь его, или становишься лучше.

Другой мой знакомый, большой хохмач, сказал: «Когда из компьютера что-то вынимают, программа меняется».

И я изменилась, действительно стала другой. Раньше я любила, слушала и слышала только себя. После болезни в моей жизни появился целый мир, которому я научилась сопереживать. Рыдала, когда по телевизору показывали голодающих детей Африки. Я поняла, что значит любить чужих людей, испытывать сострадание.

А первая моя собака — Кэнди — помогла осознать, что каждое живое существо боится умирать и к этому чувству надо относиться с уважением.

В американском фильме «All Thаt Jazz», который я очень люблю, в диалоге героя-балетмейстера со смертью звучит такая фраза: «Жизнь — это хождение по проволоке, все остальное — ожидание». Я поняла ее смысл. Человек живет датами: Новый год, день рождения, юбилей... А все, что между ними, остается незамеченным, бездумно растраченным. Но так не должно быть, потому что каждый день прекрасен и неповторим. Я пока еще не умею, но очень хочу научиться любить жизнь в каждом ее мгновении.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или